Тот факт, что нас обоих назвали по имени, заставил меня вскинуть бровь, но Бичер прошептала:
— Она ужасно расстроена, лучше обращаться по имени.
Я кивнула, будто бы поняла, о чем она, но, кажется, все-таки поняла.
— Спасибо… Кей.
— Просто помоги ей сохранять спокойствие до тех пор, пока капитан Сторр не отпустит ее домой.
Я шепнула в ответ:
— Это она погасила огонь?
— И спасла всех, — ответила Кей и решительным шагом направилась в сторону уборных, которые находились за пределами номеров, имевших отношение к происшествию. Правило, которое ты узнаешь на первой лекции по осмотру места преступления: нельзя пользоваться ванной комнатой, в которой могут сохраниться улики, если только тебе не сказали, что можно, потому что там уже все осмотрели. Судя по всему, офицеру Кей придется искать общественный туалет, если только кто-нибудь, не связанный с этим преступлением, не пустит ее в свой номер. Придется мне здесь немного задержаться.
Мона шмыгнула носом в салфетку, глядя на меня своими мутными, полными слез глазами.
— Как вас зовут… Анна?
— Анита, — поправила я.
Она слабо улыбнулась.
— Анита.
Я подарила ей ободряющую улыбку, размышляя о том, как приятно в кои-то веки побыть для кого-то источником успокоения, а не угрозы. Были причины, почему мне редко доводилось играть роль хорошего копа. Ой, подождите, я же ни хрена этого не умею, но я все равно улыбнулась и попыталась выглядеть настолько безобидно, насколько позволяли мои габариты, а не опасно, как намекали навешанные на меня бронежилет и оружие.
Мона улыбнулась мне в ответ.
— Вы очень храбро поступили, разобравшись с пожаром с помощью одного только огнетушителя, — заметила я.
Ее улыбка стала чуть бодрее, но уголки губ дрогнули, и она угасла.
— Я не хотела, чтобы то, что случилось в Нью-Йорке, повторилось и здесь.
— Там было паршиво, — согласилась я. — Еще раз спасибо, что защитили всех в этом отеле.
— Я видела в новостях всех этих несчастных.
— Ага, — сказала я, и, поскольку мне плохо давались паузы, спросила: — Вы случайно не видели, никто не покидал номер перед тем, как вы вошли?
Она покачала головой.
— Вы много комнат открыли перед тем, как нашли нужную?
Мона моргнула и нахмурилась.
— Что?
— Когда срабатывает пожарная сигнализация, это, должно быть, очень страшно, и все пытаются выбежать наружу, но вы взяли себя в руки и нашли источник огня.
Она кивнула.
— Мне было очень страшно, но я почувствовала дым, и знала, что в одном из номеров остановился вампир, поэтому все, о чем я могла думать, это то происшествие в Нью-Йорке. Я не могла допустить, чтобы у нас произошло то же самое.
Я подумала о том, что она никак не могла учуять дым — ковер лишь чуть-чуть занялся огнем, но, может, ей показалось, что почуяла, потому что она увидела пламя, и дым пришел ей на ум ассоциативно. Память — штука забавная, она заполняет пробелы тем, что ты только предполагаешь, а не тем, что произошло в реальности.
— Вы заметили всполохи пламени в проеме под дверью? — спросила я.
— Нет, дверь сидит плотно, там нет проема.
— Что ж, полагаю, повезло, что пожар в Нью-Йорке засел к вам в голову, вот вы и ринулись к нужной двери, прямо в номер вампира.
— Что?
— Об этом инциденте трубили по всем новостям, поэтому неудивительно, что вы, работая в отеле, прокручивали этот пожар у себя в голове.
Мона кивнула, но выглядела при этом озадаченно или еще как-то. Я не могла прочесть по выражению ее лица. Она в шоке? Такое бывает после того, как чрезвычайная ситуация уже сошла на нет, даже если ты сам в ней не пострадал. Ее должны были осмотреть. Кто-то же должен был это сделать.
— Вы сами не пострадали, не обожглись?
Она покачала головой, пялясь в одну точку перед собой, но я не думаю, что она видела там что-то сверхъестественное. Это просто было место, куда она смотрела, попутно переваривая произошедшее.
