— Ну, как видишь, я и сам пока не знаю, где буду в это время… — я заговорщицки подмигнул Васе. — Так-то я, конечно, прийти согласен. Осталось уговорить тюремщиков, чтобы они меня на один вечерок выпустили.
— Да я поняла… — покивала девушка. — Но ты всё равно не забывай, Федь!
— Как можно⁈ — я схватился за сердце и с пафосом пообещал: — Ни за что!
Собственно, так, за болтовнёй с Васей, и прошёл обед. А затем и поход в библиотеку. Ну и да, благодаря своей активности Вася была кладезем бесценной информации. И теперь я знал, к кому идти, если потребуется узнать новости.
Впрочем, общаться с Васей было ещё и приятно. Чувство юмора у девушки было на высоте, да и мои шутки она с энтузиазмом поддерживала. А ещё она не была глупой, как это могло бы показаться поначалу. И болтала ровно столько, сколько нужно, чтобы поддержать разговор.
В какой-то момент я начал осознавать, что Вася настолько хорошо подкована в социальном плане, что способна найти общий язык с кем угодно, даже с бездомным пьяницей. И это, в свою очередь, привело меня к пониманию, что местные аристократы не так просты, как на первый взгляд могут показаться. Лично мне общение иногда давалось с трудом… А иногда с большим трудом. Ну а Вася — нате, пожалуйста. Тут посмеялась, тут вспомнила что-то, и вот тебе — льётся беседа ни о чём, не прекращаясь и никого не напрягая.
Но самое главное, о чём я задумался, общаясь с Васей: а не с умыслом ли эта девушка налаживает со мной контакты? И если с умыслом, то что она хочет в итоге получить?
Возможно, во мне говорила паранойя, разыгравшаяся в последние дни. Однако я на всякий случай поставил себе зарубку в памяти: прояснить по мере возможности этот вопрос. Всё-таки к местному родовитому обществу я не принадлежал, и многие подспудные процессы были мне не до конца понятны.
Ко мне в комнату Вася, к счастью, не пошла. К счастью, потому что там, в комнате, на видном месте стояла миска с кормом для кота. Но мне повезло: девушка очень вовремя отвлеклась на изучение последствий недавнего боя. Два работяги как раз шпаклевали стены, но следы от стрельбы ещё можно было заметить.
Отдав Васе конспекты и убедившись, что она ушла, я засел за новые материалы. Голова буквально разрывалась, пытаясь усвоить всю новую информацию от крошки до крошки. И в какой-то момент я понял, что мои глаза скользят по тексту, не улавливая смысла. Прямо как в старой пословице: «Смотришь в книгу, а видишь фигу». Вот именно это со мной и происходило. Поэтому я отложил учебник и отправился взбодрить себя контрастным душем.
Не помогло.
Чувствовать я себя, конечно, стал бодрее, но вот каша в голове… Нет, она никуда не делась. И даже начала весело побулькивать, прорываясь на поверхность пузырьками мыслей, несвязанных друг с другом.
Ещё пару минут понаблюдав за варевом в голове, я принял важное решение. И, как ответственный человек, лёг на кровать, принявшись сверлить взглядом белый потолок. Ну то есть раскручивать клубок переживаний: одно за другим, хвостик за хвостиком…
Через двадцать минут я наконец-то понял, что меня беспокоит. Раз за разом, сделав круг, тревожные мысли возвращались к моей первооснове. И к тому, что сказала Мария Михайловна насчёт таланта управлять временем.
То, что видела во мне Малая, не видел я.
Я никак не управлял своим временем. Хотя, конечно, и мечтал не терять его понапрасну. К слову, не могло ли это желание как-то повлиять? Могли ли мои тайные мечты и страхи определить, к какой стихии я буду расположен?
Предприняв титаническое усилие воли, я всё-таки вытряхнул из головы остатки каши. А затем попытался вспомнить: что в первую очередь изменилось, когда я стал двусердым? И ответ пришёл сам собой: я стал как-то подозрительно метко стрелять. Может, эта меткость тоже была связана с моей первоосновой?
Это надо было проверить. Нужен был эксперимент. Да такой, чтобы мишени, в которые я буду целиться, хоть как-то двигались! Мне бы помогло стрельбище, но для этого пришлось бы идти на поклон к Субабе, а тот мог и послать: дядька всё-таки строгий.
Ну или в торговые ряды, в закрытую секцию, актуальный пароль к которой я не знал.
Пришлось импровизировать. В качестве мишеней я использовал свои вещи — а именно, комочки носков. «Пушка» я, само собой, разрядил, чтобы не дай Бог не пальнуть во время экспериментов.
Мало того, что соседей, и без того пуганых, переполошу, так ещё носки попорчу! А их у меня всего-то пять пар!
А дальше я принялся изображать из себя то ли придурка, то ли ковбоя из мира Андрея. Я кидал носок, вскидывал револьвер и начинал целиться, пытаясь уловить тот момент, когда включается моё управление временем. Правда, какой-то разницы не улавливал. Хотя на летящих носках мушка и целик сводились подозрительно быстро.
И кто бы мог подумать, что в экспериментах мне поможет один тёмный кот. Где-то на -цатом круге подкидывания пяти пар носков (со счёта я успел сбиться), в очередной раз доведя летящий снаряд до пола, я вдруг ощутил эту свою власть над временем.
Ощутил, потому что, кроме меня, «пушка» и летящего комочка, в эксперименте возник неучтённый фактор.
