– А давайте погадаем на воске? Говорят он не врёт, – предлагает Милада.
Веселина вскакивает на кровати и улыбаясь произносит:
– Мне нравится эта затея!
Сестра внезапно поднялась с кровати, плотно обернув платок вокруг своих плеч. В её глазах горел огонёк решимости. Не теряя времени, она мгновенно направилась к горящей свече, расположенной на столике напротив кровати.
Я смотрела на её действия с раздражением.
– Я участвовать в этом не буду, – заверяю всех и отворачиваюсь лицом к стене.
– Будешь! – смеётся Веселина. – Ещё как будешь, сестрица.
Делаю вид что сплю.
Кто-то прыгает ко мне на кровать и стягивает с меня покрывало. Я зло ворчу.
– Давай сюда ладонь! – смеётся Милада. – Мы сделаем всё сами.
– Это всё нам не нужно, сестрицы! – ворчу я, пытаясь спрятать руку.
– Нужно! – настаивает Милада.
Сёстры выхватывают мою ладонь. Веселина задувает огонь и аккуратно капает мне на ладонь воском. Я терплю боль. Сёстры позволили воску растечься по моей коже. Капли воска плавно сползали, создавая узоры на ладони.
– Выйдет ли Зоряна замуж? – задала вопрос Веселина, склоняясь ближе к ладони и внимательно изучая формирующиеся узоры.
Каждая капля, каждое движение воска на коже было воспринято как ответ на их вопрос.
Милада хмурит брови и произносит:
– Ответ: нет.
– Наденут ли ей на голову брачный венок? – спросила Веселина, с тревогой следя за тем, как формируются новые узоры на ладони.
Милада выдыхает и тихо произносит то, что ответил воск:
– Нет.
Сёстры с тревогой посмотрели друг на друга.
– Это не может быть правдой, – прошептала Милада, прикрывая рот рукой.
– Может быть, мы не правильно задаём вопросы, – предположила Веселина, с волнением в голосе. – Может быть, нам стоит попробовать ещё раз?
Несмотря на сомнения, они решили задать вопросы снова, тщательно формулируя их слова. Они приблизили свечу к моей ладони, давая воску возможность дать новые ответы. Я смиренно ждала.
– Появится ли в жизни Зоряны возлюбленный, который женится на ней? – спросила одна из сестёр, голос её звучал напряжённо.
Моё сердце уже знало ответ. Оно стучало так быстро, что мне становилось больно. А сёстры ждали, смотря на падающие капли воска. Но даже после этого узоры оставались неизменными, давая однозначный ответ, который сёстры не хотели принять.
– Нет… – выдыхает Милада.
Их глаза были широко открыты, пока они пытались проникнуть сквозь тьму и разгадать что-то во мне.
– Я же вам говорила, – вздыхаю вам. – Что вы ожидали услышать?
Сёстры осторожно освободили мою ладонь.
– Мы так беспокоимся за тебя, – прошептала Веселина. Её голос был полон заботы. – Не хотим, чтобы ты была несчастна.
Другая сестра присоединилась:
– Мы не хотим, чтобы ты страдала!
Мы обнялись, и это было нашим единственным укрытием от темноты неизвестного. Тепло и уют их объятий обволакивали меня, наполняя сердце чувством умиротворения.
Сжимая их ещё крепче, я прошептала:
– Я счастлива здесь, с вами.
Мы уютно устроились в постели, тесно прижимаясь друг к другу. Я обняла Миладу крепче, ощущая мягкость и аромат её волос. Эти приятные ощущения унесли меня в объятия сна.
– Спи и не думай о плохом. Пусть твои сны будут хорошими и тёплыми. – Милада шептала мне слова утешения, успокаивая моё беспокойное сердце.
Веселина встрепенулась и медленно поднялась с важным посланием:
– Скажи три раза: «Суженый ряженый приснись своей ненаглядной». И повернись на левый бок.
Милада согласно кивнула:
– Да, да! Пусть приснится нашей старшей сестричке её настоящая судьба.
Слова их прозвучали добродушно и я повиновалась.
«Суженый ряженый приснись своей ненаглядной… Суженый ряженый приснись своей ненаглядной… Суженый ряженый приснись своей ненаглядной…»
Я повторила это три раза.
И мне снился сон…
Я ощутила удушающее бремя безысходности. Белый саван скручивался вокруг меня и я погружалась во тьму, ведомая Чёрной. Лежала на снегу, охваченная холодной пустотой. Душа моя окоченела от молчания окружающего мира. Всё вокруг казалось бесформенным и неопределённым.
Мои пальцы дрожали от холода, а зубы скрежетали, но никакие усилия не помогали мне выбраться. Я беспомощно металась, стремясь освободиться от савана, который стягивал меня всё туже и туже.
И тут из Черны вышла тёмная тень. Она явилась из самых глубин моих страхов. Моя кожа покрылась холодным потом.
– Дыши, Зоряна, – прозвучал хриплый голос из тёмной тени.
Моё дыхание застыло на мгновение. Я почувствовала, как тёмный холод проникает внутрь.
Я приподняла голову, пытаясь рассмотреть тёмную фигуру лучше, но мои глаза отказывались видеть. Тело поддавалось расслаблению, и я чувствовала, что скоро усну, уже буду не в силах проснуться.
– Кто ты? – прошептала я, стараясь преодолеть тяжёлое давление.
Тишина была оглушительной. Мои слова разбивались об непроницаемую стену. Тень не проявляла желания ответить, её молчание усиливало мою тревогу.
Холод сжимает мою грудь, страх заставляет сердце биться так громко, что звуки затрудняют мои мысли. Моё тело дрожит под давлением этих чувств, а пронизывающий мороз проникает в каждую клетку.
Внезапно тень заговорила. Её голос пронзил мои мысли, как колючий ветер:
