— Что же ты такое, а? Пустяковина какая-нибудь? Хорошо, допустим, что это некий прибор, в котором содержаться некие тексты, а не обучающая программа, и что из этого? А ничего! Как он был для меня загадочной и бесполезной игрушкой, так и остался. — Георг опять сердито стукнул арианский компьютер. — Как же в тебя залезть? Может быть дело в том, что я не понимаю самого элементарного, но чего именно? Аор сказал, что я неправильно мыслю, то есть, их логика отлична от моей? Пусть так, но в чем это различие?
Проквуст ломал голову, но дело не двигалось. Устав, он отвлекся и вдруг вспомнил, что Аор назвал себя специалистом по чужой логике. От ощущения чего-то важного в этой мысли он ощутил зуд и волнение. Он попал на Арию и сел в том месте, где стояло здание, принадлежащее, как он понял, именно Аору. Разве может быть это простым совпадением?! Выходит, рок привел его туда, куда надо! Значит, разгадка должна быть рядом, он должен ее найти! Но как, если он даже начала тропиночки к ней не видит?!
От многочасового напряжения в голове стало пусто и грустно, Георг опустил руки и откинулся на спинку стула, надо немного расслабиться, подумал он. Глаза закрылись, к нему стала подкрадываться спасительная дрема. Он с готовностью поддался ей, чувствуя, как она укутывает спасительным спокойствием его возбужденное сознание, несет ему желанное умиротворение. Что он, в конце концов, так переживает? Ведь есть же и у него предел возможного, ну не может он осилить арианскую загадку! А кто может?! Для Совета Цивилизаций у него уже ворох бесценной информации, хоть вставай, и беги отсюда. Ведь Чар не определил ему ни сроков, ни пределов, что ему еще надо? Проквуст баюкал себя уговорами, но в глубине души знал, что этого мало, очень мало. Он только царапнул гранит тайны Темной Империи, он не заглянул внутрь.
Георг блаженно погружался в сон, а над ним вилась эта мысль: заглянуть внутрь, заглянуть внутрь… Куда, внутрь? Да, хотя бы в этот чертов прибор с хаосом чуждой информации! Проквуст почувствовал, как стремительно растет внутри него восторг: он наконец-то понял, что он может сделать! Не открывая глаз, он нырнул вниз, сквозь дремотный туман, в самую глубину своей души, там, где хранится самое заветное и дорогое, то, что на Ирии звали даром. Где он? Вот он, ласковый и пушистый комок света, лежит послушный и радуется, что хозяин вспомнил о нем. Хочешь, говорит он Георгу, я выплеснусь и спалю твою решетку? А если пожелаешь, я тебя перенесу куда-нибудь, куда пожелаешь, я давно это умею, помнишь, Недину, помнишь как я тебя вернул на Арию, когда ты забрел в лабиринт параллельных миров? Нет, ответил ему Георг, я все еще должен быть здесь, помоги мне разгадать прибор, который подсунули мне арианцы. Нет ничего проще, хозяин, положи на него руки.
Со стороны это выглядело вполне невинно: уставший хорав сложил руки на арианском компьютере и водрузил на них голову. Но только одаренное существо могло бы заметить, как льется из ладоней и пальцев Проквуста тихий свет, раздвигая рамки этого материального мира в стороны, создавая некую новую реальность, в которой есть только он, Георг, и этот непослушный ящик с неведомым содержимым.
Проквуст ощутил себя в густом белесом тумане, в котором не было ничего до него и не будет ничего после него. Здесь только он. Георг взглянул на свои руки, в них наливался тяжестью постылый компьютер, он уже стал так тяжел, что сильные человеческие руки еле сдерживали его. Он улыбнулся, как приятно было вновь ощутить себя человеком! Но что делать с арианским прибором, который рос и набирал вес, грозя раздавить его? Нет, выпускать из рук его было нельзя, это Георг точно знал, надо держать. На пределе своих сил, он машинально выплеснул из солнечного сплетения целый сноп сияния, оно накинулось на непослушный ящик, окутало его, и сразу же исчезла непосильная тяжесть, арианский компьютер вдруг беззвучно взорвался сполохами знакомых Георгу строчек и символов. Они попытались вырваться из круга света, судорожно бились, словно рыба в садке, но разве могли они устоять перед даром божьим?! Проквуст медленно и торжественно жонглировал ими, подталкивая к центру обжигающего их пламени, укрощал их спесь, ласково говорил им: откройтесь, покажите себя или я не выпущу вас отсюда вовеки! И строчки послушались, они сами искали друг друга в этом клубке хаоса, строя вокруг Георга дом из информации, которую в себе несли.
Он вдруг понял, что прибор не был компьютером, это был всего лишь аппарат памяти по истории арианцев. Наверное, в каком-то приближении его можно было назвать обучающим аппаратом. Причем он предназначался для обмена информацией друг о друге с другими цивилизациями, входящими в Темную империю. Аор не издевался над ним, он просто предоставил ему то, что в таких случаях передается при контактах с другими. Только, по ошибке или умышленно, он кое-что недодал: в комплект к аппарату входил просторный шлем, надевая который, пользователь получал демонстрацию непосредственно в мозг. «Что-то вроде Ха-Шоу», — подумал Проквуст.
