— Святой Гора!, — Торжественно обратился он к нему. — Сейчас мы включим ретранслятор, и тебя услышит каждый хорав. Скажи им свое слово.
Проквуст молча повернулся и подошел к краю платформы. Прямо перед ним вдруг замерцало пятно, а потом в нем возникла его гигантская фигура. В ту же секунду в его ушах мощным шорохом послышался вздох миллионов хоравов, смотрящих на него снизу. Георг вздрогнул от легкого озноба, пробежавшего по его искусственным нейронам, но тут же взял себя в руки, и применил ставшим уже привычным за последнее время прием: отдался вольному течению мыслей. «Экспромт, вместо интеллекта», — грустно пошутил Проквуст.
— Братья мои!, — Начал он свою речь. — Вы считаете меня святым, за что я благодарен вам, но знайте, я был обычным человеком и сейчас остаюсь им, поэтому будьте снисходительны ко мне. Я не святой!
Внизу гулко пронесся гул недоумения, но тут же стих. Краем глаз Георг заметил, как стоящий справа Люций нервно сжал ладони и мысленно усмехнулся: не волнуйся канцлер, все будет хорошо, твой авторитет не пострадает.
— Да, — повторил он еще раз, — я не святой, но бог меня видит. Теперь я точно могу вам сказать, что это он направляет меня по пути отмеренного мне рока. И эта связь действительно свята, вы не ошиблись.
Снизу послышался гул одобрения.
— На далекой отсюда планете, где когда-то я жил, люди чтят Церковь Рока. Я не призываю вас принять ее. Во-первых, я не в силах, будучи обыкновенным человеком, всецело осветить вам все ее каноны и сакральные тайны, во-вторых, вы умнее и мудрее моего молодого народа. Единственно, что я смогу сделать добросовестно, это донести до вас те знания, которые успел почерпнуть, придя в эту Церковь. Я напишу книгу, вы ее прочитаете, и сами решите, что вам из нее понадобится. Я не знаю, почему Господь отметил меня своим вниманием, но все, что есть от него в моей душе ценного, я готов принести вам в дар. Я не призываю вас следовать за мной, потому что сам еще не знаю, куда ведет меня мой путь, но ваш канцлер, — Георг махнул в сторону Люция рукой, и тут же рядом с его гигантским изображением появилась такая же фигура канцлера, — ваш канцлер сказал, что вы выбрали путь поиска истины. Мой путь тот же. Я должен найти истину. Какую? Где? Я не имею пока никакого понятия. Я не знаю, важны ли вашему народу истины, которые мне откроются, так же как не знаю, нужны ли будут ваши истины мне. Будущее скрыто, но я готов искать истину вместе с вами.
Проквуст поклонился и сделал несколько шагов назад. Внизу стал нарастать гул, он словно океанская волна набегал и становился все громче, в нем послышался некий ритм, который через несколько секунд превратился в могучее скандирование миллионов хоравов. «Гора, Гора, Гора!», — скандировала гигантская толпа. Георг, повинуясь внутреннему импульсу, вновь подошел к поручню платформы и, подняв свои руки вверх, скрепил над головой ладони. И в тот же миг миллионы рук взметнулись вверх, повторяя его жест. Проквуст онемел, глядя на это изумительное по красоте и мощи действие. Потом, не зная, что делать дальше, он поднес сцепленные ладони к груди и прижал их в районе своего солнечного сплетения. У хоравов в этом месте было сердце. И они все повторили и этот жест! Завораживающее зрелище! Георг махнул им рукой и, повернувшись, отошел на середину платформы. И тут его опять ждало изумление: он увидел, что все главные хоравы стоя делали то же самое, что и их народ. Он посмотрел на них и как можно более достойно поклонился. Все опустили руки и молча смотрели на него. Георг растерялся, он не знал, что делать дальше.
— Святой Гора!, — Пришел к нему на выручку Люций. — Наш народ благодарит тебя за прекрасные слова, и он рад, что ты с нами.
Они оба еще раз поклонились носителям разноцветных плащей, получили от всех ответный поклон и через мгновение опять находились в комнате Проквуста.
— Извините, Георг, что обратился к вам на «ты», но я говорил от имени народа. Только народ может на равных говорить со святым.
— Люций, простите, но вы говорите о пустяках. Скажите честно, вы всерьез считаете меня святым?
— Да.
Проквуст от неожиданности рухнул в кресло как подкошенный.
— Не удивляйтесь, Гора, у нас не приняты двойные стандарты, что, как я предполагаю, имело место быть в вашей цивилизации.
— Вы хотите сказать, что вы не лжете?!
— Нет, не лжем.
— Но как же амбиции, интриги, борьба за власть?
— О, это у нас все есть, только без вранья.
— Но как такое может быть?!
— Все очень просто, Гора, мы можем умалчивать, но не можем друг другу врать. Вспомните, сколько лет нашей цивилизации.
— Да, действительно. — Проквуст указал на соседнее кресло. — Люций, будьте любезны, присядьте.
— Сочту за честь.
— Теперь я понимаю, — задумчиво проговорил Георг, — какая бездна времен лежит между нашими цивилизациями!
— Не будьте столь строги к себе и своему народу, ведь от нас, таких правильных бог отвернулся, а вас он пестует.
Проквуст усмехнулся.
— Пестует? Возможно, но порой бывает очень больно, а ваша цивилизация живет спокойно многие тысячелетия!
