Узнав голос беса, княжич немного напрягся, но хамить, как это было раньше, в ответ не стал.
— Что там?
— Портал. Куда не знаю, — бросил Ваал, и следом же уже громче добавил: — Никому не двигаться! Впереди ловушка!
Мятежники зависли в бездействии, вслушиваясь в звуки сражения вдалеке. Полные боли голоса звали подмогу, уверяли, что если пройти ещё немного, то туман рассеется, но Ваал все попытки союзных воинов повестись на эти манипуляции жёстко пресекал. Не решился ему противостоять и княжич Наумов, не без помощи демона взявший прямо противоположное от дворца направление.
В конечном итоге плюнув на раздражавших его своей тупостью солдат, Ваал резко переместился к князю Наумову и кратко, но экспрессивно, передал ему о произошедшем.
Лицо князя потемнело, взгляд наполнился ледяным гневом.
— Стоять! Это ловушка! — взревел князь Наумов. — Все назад! Отошли назад! Но секунды промедления и любопытства сыграли свою роль — противник явно не бездействовал. Едва спутанные остатки армии мятежников, ориентируясь на голос своего командующего, решили отступать, как с другой стороны на них обрушилась армия бесов. Демоны ринулись вперёд, как смерч, охватывая ряды людей. Удары когтей и клинков бесконечным каскадом атак обрушивались на личные щиты отступающих бойцов. Порывы холодного ветра смешивались с криками, звоном клинков и рёвом атакующих демонов. Ваал ощутил, как хаос охватывает поле боя. Люди теряли ориентиры, пытаясь защититься от невидимых угроз, а порой и вовсе переходили на бег, беспорядочно отмахиваясь телекинезом от назойливого противника. Темнота, казалось, жила своей жизнью, поглощая всех, кто осмелился остаться на её пути.
Но самую большую угрозу не готовой к схватке в таких условиях армии несли несколько десятков демонов, перемещающихся по полю боя без лишнего хаоса и суеты. Эти, не вступая в схватку, исподтишка резали попадающихся на пути врагов, а если по какой-то причине атака не увенчивалась успехом, просто находили другую, более слабую цель.
Именно так получил тяжёлое ранение в спину и выжил один из прибывших за головой императора князей. Спасла аристократа вырвавшаяся на одних инстинктах вспышка силы. Взрывная волна мгновенно отбросила всех вокруг — как врагов, так и союзников. На мгновение мрак уступил место ослепительному свету, но затем тьма вернулась вновь, густая и вязкая. Мятежники, лишённые поддержки и разрозненные, едва не ударялись в панику. Попытки отступления превращались в хаотичное бегство, где каждый оставался сам за себя.
Звук схватки становился всё более неразборчивым. Среди криков и ударов клинков слышались стоны умирающих, отражая на лице Дмитрия Евдокимовича вымученную беспомощность и отсутствие сил хоть как-то спасти ситуацию.
Демон чувствовал, что битва проиграна, но пока князь Наумов держался, он не мог отдать приказ к отступлению.
— Мы должны уходить, — процедил Ваал резким и требовательным голосом. — Если мы не отступим сейчас, у нас не останется никого, кто мог бы сражаться дальше.
Князь резко обернулся к нему, его лицо было бледным, но в глазах ещё горел огонь.
— Нет, — прошептал он, но в этом слове слышалась неуверенность. — Мы можем ещё…
— Ты ошибаешься! — рыкнул Ваал. — Посмотри вокруг! Твои люди бегут! Больше половины уже мертвы!
Наумов не отвечал. Его лицо исказилось, а в глазах ещё отчётливее проступало отчаяние. Демон же, впервые за всё время мог наблюдать, как прямо на его глазах медленно рушится уверенность князя. Его плечи слегка опустились, а губы вытянулись в одну полоску, в попытке сдержать последние остатки самообладания.
— Мы вас вытаскиваем, или сдохнете! — громко выкрикнул Ваал, обращаясь к воинам рядом. После чего ментально обратился к оставшимся в подчинении немногочисленным демонам. — «Унести высокородных с поля боя! Немедленно!»
Бесы, словно ожидая этого приказа, тут же сорвались действовать. Один за другим аристократы, оставшиеся на поле, были вырваны из окружающего хаоса и исчезали в воздухе.
Почувствовав, что нужный момент настал, я отдал приказ Кали перенести к нам Максима. Едва парень оказался рядом, я удовлетворённо кивнул и оглядел своих друзей:
— В общем, судя по всему, они сейчас будут отступать. Барьер нам пробить не удалось, поэтому я намерен идти в ближний бой. Кто со мной?
На самом деле, особой кровожадности по отношению к основной массе воинов, участвовавших в мятеже, в отличие от того же Романова, я не имел — большая часть из них хоть и являлась сейчас нашими врагами, но в то же время осталась людьми подневольными. То бишь они выполняли приказ своего господина. И это не значит, что я их жалел, нет. Но и желания уничтожить всех до единого тоже не имел. А вот мелькавшие вдалеке рожи Наумовых пробуждали во мне совсем другие эмоции…
— Спрашиваешь! — откликнулся Стёпа, глаза которого сверкнули от предвкушения.
— Обижаешь! — добавил Максим, привычно поправляя ремень, чтобы ничего не мешало в бою.
К слову, моя фраза была специально брошена так, чтобы её услышал и принц, который к моему удивлению тут же дал своё согласие:
