Лицо патриарха не дрогнуло, но его глаза сузились. Он медленно потянулся к пепельнице, отряхивая сигару, прежде чем заговорить. Его голос звучал низко и сухо, как шелест страниц древнего манускрипта:
— Кто нам противостоит? Как проходит оборона?
Помощник нервно прочистил горло, как будто собирался с мыслями. Его взгляд метнулся к окну, но тут же вернулся к патриарху.
— Нам пока не удалось однозначно установить противоборствующую сторону, но, судя по методам работы диверсантов, это дело рук Черногвардейцева.
Губы патриарха чуть дрогнули, но не в улыбке, а в насмешливом скепсисе.
— Это исключено, — бросил он с явным презрением. — Тёмный сейчас находится в императорском дворце.
— Так точно, Ваше Святейшество, — поспешно подтвердил помощник, утвердительно кивнув на слова хозяина. — Разведка пока не берётся утверждать наверняка, но всё же есть предположения, что без тёмных там всё равно не обошлось. Диверсанты не вступают в открытое противостояние, предпочитая выполнить несколько залпов дальнобойными ракетами по нашим объектам, следом добивая уцелевшие постройки стихийными атаками. Удары наносятся с разных направлений, точки атак меняются.
— «Добивая»? –уточнил патриарх, нахмурив брови. Похоже, до него только сейчас стало доходить насколько всё становится серьёзно.
Помощник отвёл взгляд, будто собираясь с духом.
— Да. К сожалению, я с плохими новостями, — в эту секунду мужчина приложил руку к уху, заслушивая последние сообщения. — Докладывают, что все постройки на территории названных монастырей уничтожены. Наше ПВО, к сожалению, не справляется с низколетящими ракетами.
Патриарх молчал. Его пальцы медленно поглаживали бок рюмки, будто он пытался удержать себя от вспышки гнева. Наконец, он заговорил:
— Есть угроза для нашего замка?
Помощник, казалось, немного расслабился, услышав более абстрактный вопрос. Он даже позволил себе слабую ухмылку, но следом же принял серьёзный вид.
— Наш замок укрыт лучше, чем императорский дворец, Ваше Святейшество. Я не вижу способа им преодолеть барьер и артефактную защиту против нечистых. Но…
— Но? — голос патриарха прозвучал угрожающе тихо.
— Но я бы предложил вам ввести чрезвычайное положение и усилить охрану, — сник помощник. — Сейчас важно быть наготове.
Бабах! Бабах-бабах-бабах!
Словно в подтверждение слов ведущего доклад слуги, пол резко ушёл из-под его ног. Следом за этим одна из стен внезапно разлетелась на каменные обломки, будто от удара невидимого тарана, обрушивая деревянные панели и выбивая окна. Осколки тяжёлого дубового шкафа, в котором хранились служебные свитки, ошметками полетели к ногам патриарха. Взрывная волна швырнула помощника через весь кабинет, едва не выбросив в выбитое окно, а патриарха вдавила в кресло, которое ударилось спинкой о находившуюся сзади стену. Пытаясь удержаться, мужчина схватился за стол, тем самым случайно сбивая с него рукавом все три телефона. Те со звоном полетели на пол, разлетаясь по помещению.
Воздух мгновенно наполнился едким дымом, снежный вихрь ворвался внутрь, смешиваясь с запахом табака. Краем глаза патриарх успел заметить, как его помощник корчится на полу, зажимая ухо — видимо, повредил барабанную перепонку.
За разрушенной стеной кабинета было видно звёздное небо, в котором мелькали какие-то искры. Возможно, это результат ответных залпов или взлётов магических снарядов, переливающихся в ночном мраке.
Патриарх медленно поднялся. Его лицо стало чёрным от копоти, но глаза светились холодной яростью. Он отряхнул пиджак и повернулся к помощнику, который с трудом встал на ноги, прижимая руку к лицу.
Очень скоро выяснилось, что с Алисой всё в порядке, если не считать небольшого перенапряжения — но оно и неудивительно, такие продолжительные нагрузки выпадали на долю девчонки весьма нечасто, если не сказать никогда.
— Мы уходим из дворца. Готовьтесь к перемещению, — бросил я для охраны княжны, обступившей нас по кругу, и добавил, оглядывая ожившее лицо Алисы: — Лучше?
— Вполне, — выдавив слабую, но искреннюю улыбку, ответила Белорецкая. Глаза девушки, чуть поблёкшие от усталости, снова обрели привычный задор.
— Ваша Светлость, — неожиданно привлекла внимание женщина из охраны княжны. Её голос звучал строго, с оттенком настороженности. Лицо оставалось бесстрастным, но в уголках губ затаилась тень недовольства. — Подобные перемещения не согласованы с базой. Мы не можем себе позволить менять местонахождение согласно вашим пожеланиям.
Я задержал на Антонине взгляд, стараясь скрыть вспыхнувшее раздражение. Со всем штатом людей, охранявших Белорецких, я был знаком с самого детства, и с того же времени, с некоторыми из них у меня сложились несколько напряженные отношения. Ярким примером того была «тётя Тоня» или Антонина Борисовна, являющаяся приближённым к девушке человеком с высоким уровнем доступа. Фактически, она могла с ней и в уборную, и в душевую пойти, если вдруг появится такая надобность. Спрос и ответственность также были соответствующими.
