Я встретил взгляд подруги, полный смешанных эмоций — беспокойства, заботы и едва уловимого упрёка. Сделав пару шагов в сторону друзей и присев на краю кровати, я заглянул Маше в глаза и медленно произнёс:
— Ради общей безопасности, мы не всё можем рассказывать. И не пытай Стёпу. Будь добра, просто доверься. Либо, если для тебя это неприемлемо, дай знать, и я буду искать другого лекаря.
Морозова несколько секунд молчала, изучая моё лицо, а затем медленно кивнула.
— Хорошо. Я понимаю… Постараюсь помочь, чем смогу, — следом она перевела взгляд на Аверина, и уже спокойнее добавила: — С Максом, вроде, действительно всё хорошо. Просто вы меня немного напугали.
Было понятно, что такой подход девушку отнюдь не радует, более того, я также понимал, что рано или поздно Машу придётся посвятить в подробности этой тайны. Но сейчас для этого ещё слишком рано. Да и, честно говоря, хотелось мне понаблюдать за тем, как друзья себя проявят. Будут ли без моего спроса делиться этими вещами или нет.
— Отлично. Тогда я побежал, до связи, — произнёс на прощание я, перед тем как оставить их троих в комнате.
Следом спустившись в холл, я моментально оказался в центре внимания. Можно было, конечно, сразу же переместиться во дворец к императору, но оставлять взволнованных девушек наедине со своими наверняка тревожными мыслями, тем более в такое время, явно не стоило.
— Где все? Что-то случилось? Маша куда делась? — один за другим сыпались вопросы от поднявшихся с мест девушек.
Я поднял руки, призывая к порядку:
— Воу! Полегче. Со всеми всё хорошо. Наши друзья выполняют мою просьбу, — и следом, предупреждая дополнительные вопросы, которые уже появились на лицах подруг, добавил: — Какую сказать не могу — родовая тайна. Без обид, но так нужно.
Судя по опешившим лицам девушек, услышанное поставило их в ступор. Особенно Белорецких. Ранее подобного между нами никогда не было — и сейчас эта фраза оказалась им в диковинку. Но в то же время, девушкам стоило отдать должное — два раза никому повторять не пришлось и допытывать меня на этот счёт они перестали. Разве что Настя немного нахмурилась и выдала:
— Рода? Они разве приняты в твой род?
— Ну вот, Настя! — картинно нахмурился я. — Одну из тайн уже рассекретила. Хорошо, что все свои вокруг.
Мои слова заставили всех в гостиной улыбнуться, в том числе и Викторию, которая, судя по взгляду, фразу «родовая тайна» на себя отнюдь не распространяла.
Не давая времени на новые вопросы, я тут же добавил:
— На этом, сударыни, должен с вами ненадолго попрощаться. Еда есть в холодильнике, правда, обслуживать себя придётся вам самостоятельно — слуг у меня здесь пока, к сожалению, нет. Вернусь с новостями.
Девушки быстро переглянулись между собой, на лицах каждой отражалось ещё много вопросов. Но я, чтобы не тратить времени, пользуясь коротким замешательством, из гостиной в эту секунду спешно исчез.
Несмотря на серьёзные испытания, часть дворца, в которой находился обеденный зал, оставалась цела и невредима. Неприятный запах гари и копоти досаждал на улице, тогда как внутри царили чистота и порядок. Монарх сидел за длинным столом, устремив взгляд в пустоту перед собой.
Меня усадили в место напротив, где неспешно работая столовыми приборами, я старательно пытался делать вид, будто не был голоден как волк. Но мысли, несмотря на обстановку и ломящийся от изобилия еды стол, уносили меня далеко из дворца: в очередной раз проявившие себя этой ночью враги и смелость, с которой они действовали против короны, мягко сказать, ошеломляли. Ситуация являлась беспрецедентной, и помимо простого любопытства чем всё это завершится, голова была занята размышлениями о том, как пройти через эти времена с максимальной выгодой для своего рода.
— Алексей, — начал Романов, подводя конец повисшей над столом гастрономической паузе и поднимая на меня взгляд. — Глеб мне поведал о том вкладе, который ты внёс в нашу победу над силами мятежников под стенами дворца. Участие твоих друзей также не осталось незамеченным. Прими мою личную благодарность и знай, что этим всё не ограничится.
Я слегка склонил голову, принимая слова с признательностью, и отложив вилку с ножом в сторону, произнёс:
— Служу Империи, Ваше Величество, — и следом, отметив отсутствие принца за столом, добавил: — К слову, а где сам Глеб Владимирович?
Император кивнул, а его взгляд сместился в сторону. Он отодвинул тарелку и, скрестив пальцы перед собой, ответил:
— Глеб сейчас ведёт бои против мятежников на северо-востоке города. Враг старается удержаться любой ценой.
— Полагаю, князь Наумов и все, кто с ним был, отступили именно туда?
Вопрос выливался из того, что помимо отступивших из-под стен дворца мятежников, были и те, кто сковывал силы имперской армии в самом городе или, например, атаковал Кремль. Сейчас все эти группы войск организованно отступили в сторону Ярославского княжества, соединяясь в один большой и угрожающий столице кулак.
— Всё верно, Алексей. И они неплохо себя чувствуют благодаря дороге снабжения из Ярославля.
Я нахмурился и после небольшого молчания задумчиво произнёс:
