Боец, находившийся в полутора метрах от меня, шагнул вперёд и попытался ударить меня прикладом. Но его оружие замерло в воздухе, в то время как мои руки опустились. Остальные воины среагировали моментально — успело прозвучать ещё несколько выстрелов, прежде чем стволы их орудий оказались с помощью телекинеза задраны вверх.
— Попал, прикинь, — наклонившись и подняв пулю у своих ног, удивлённо произнёс Аверин.
— А я увернулся, — хохотнул Максим.
— Брехло, — отмахнулся Степан.
Пока я размышлял, что с ними делать дальше, ситуация изменилась — со стороны послышался громкий голос:
— Что здесь происходит? Опустить оружие!
Но никто из бойцов не смог выполнить прозвучавший приказ — их оружие всё ещё смотрело в небо, а они сами замерли на месте. Из темноты вышла ещё одна группа, в центре которой угадывался знакомый силуэт.
— О, Миша, ты какими судьбами здесь? — удивлённо спросил Максим, глядя на подошедшего мужчину.
— Привет-привет, ребята, — пробасил Волков, спускаясь вниз с оружием за плечом. — Я с Андреем Евгеньевичем прибыл. Вы, вижу, тоже решили залететь на огонёк?
Я улыбнулся, кивнув Мише. Мы с друзьями вышли из окружения солдат и направились в сторону подошедших к нам бойцов.
— Веди нас в штаб, пока ещё кто-то не прицепился, — бросил я.
— А с этими что? — на всякий случай уточнил Михаил, кивая на замерших без движения людей.
— Пусть работают дальше, чё с них взять, — отмахнулся я, после чего наша группа покинула локацию, оставляя позади недоумевающих солдат. Парни выполняли свою работу, и учитывая текущие реалии, я на них за их тон и хамство злиться себе запретил.
Пустынная улица протянулась перед нами, уходя вглубь мрачных кварталов, освещённых лишь редкими фонарями. Шаги отдавались глухим эхом в холодном воздухе, а вокруг царила тишина, нарушаемая лишь отголосками далёких залпов артиллерии. Я шёл впереди, внимательно всматриваясь в каждый угол, каждую тень. Город, казалось, вымер, но я знал, что это только иллюзия — людей здесь ещё, к сожалению, было полно.
Михаил шёл рядом со мной, а чуть позади — Степан и Максим. Они негромко переговаривались, делясь воспоминаниями о школьных годах и ситуациях, связанных с Волковым, будто возвращаясь в те дни, когда жизнь была проще.
— Как ты узнал, что мы здесь? — вдруг нарушил тишину Степан, обращаясь к Михаилу.
Миша усмехнулся, его широкие плечи слегка дёрнулись, как будто он только и ждал этого вопроса:
— По рации передали, что обнаружены «залётные ребята». Я сначала проигнорировал, но потом осенило. Алексей Михайлович предупредил нас, что скоро вернётся с друзьями.
Я остановился и, повернувшись к нему, слегка хлопнул его по плечу:
— Миш, будь добр, при своих зови меня по имени и на «ты», — улыбнулся я, хлопнув старого товарища по плечу. — Как тебе у Белорецких служится?
— Не жалуюсь, — ответил Волков с лёгкой улыбкой. — Меня здесь ценят, да и с Андреем Евгеньевичем в хороших отношениях.
Моё лицо на мгновение омрачилось, и я недовольно буркнул себе под нос:
— Да уж… точно прошляпил.
Михаил, заметив мою реакцию, усмехнулся чуть шире. Его голос прозвучал с ноткой ностальгии:
— Андрей Евгеньевич очень давно всю нашу команду к себе прибрал, — улыбнулся он, очевидно имея в виду и Ксению, и Сергея Васнецова.
— Не сыпь мне соль на рану, — отозвался я с улыбкой, не скрывая лёгкой досады.
— Да ладно тебе, Алексей, у тебя и без нас всё хорошо, — усмехнулся Михаил. — Мы, к слову, когда по новостям увидели, как тебе император лично звезду героя на грудь цепляет, все чуть со своих мест не попадали. Я тогда служакам своим с гордостью это видео показывал — смотрите, мол, это Лёха… ну, то есть, Алексей Мих… ну в общем, ты у нас в части — звезда. А уж когда и остальное выяснилось… Признаться, не ожидали мы такого расклада, но это многое объяснило.
Волков невольно кивнул, явно что-то вспоминая. Затем добавил:
— Тебе от Насти, кстати, большой привет. Если помнишь, деву…
— Конечно помню! — улыбнулся я. — Не женились ещё?
— А как же! — с гордостью произнёс Михаил. — Сын у меня уже! Полгодика.
На этом моменте Степан и Максим, до этого молчавшие, рассыпались в поздравлениях. Лицо Михаила засветилось гордостью, а я ощутил тепло на душе — радость за старого друга.
Пока мы шли дальше, разговор плавно перетёк в воспоминания о Зарнице, общих победах и том, как жизнь разделила наши пути. Максим, обычно сдержанный, неожиданно оживился, рассказывая о том, как Михаил спас его в одном из боёв, а Степан грустно посетовал на то, что ему не удалось попасть на это мероприятие.
Наконец, мы подошли к зданию штаба. Под вечер здесь всё немного по-другому — жизнь внезапно закипела. Люди сновали туда-сюда, передавая документы, оборудование и оружие. На крыльце стоял Андрей, в окружении своей группы. Увидев нас, он слегка нахмурился, но в глазах сверкнуло облегчение.
— Не успел появиться, а уже шороху наводишь, — произнёс он, встречаясь со мной взглядом.
— То ли ещё будет, Твоя Светлость, — улыбнулся я, подмигнув княжичу. — Полагаю, пора идти воевать?
Андрей медленно кивнул, его голос прозвучал серьёзно:
— Уже опаздываем, Лёха. Уже опаздываем.
