Удивление его присутствием тоже было очень бледным, разбавленным до легкого недоумения таким пристальным вниманием к ее проблемам. Через несколько минут осмысления до нее дошло, что присутствие Доминика означает сразу два факта: она в Чикаго и уже вечер. Осмыслить такой провал во времени Кира не успела.
— Если начнет тошнить не вставайте, просто поверните голову, — отвлек ее Теодор.
— Я полежу, — слова в предложения собирались очень лениво. — Необычная дурь.
— Потому что дура необычная, — сказал Марчин.
— Еще пара случаев и ты втянешься, — она попыталась растянуть губы в улыбке, но они плохо слушались.
— Еще пара случаев и ты в морге окажешься.
— Я уже бывала, — улыбнулась Кира. — Там холодно и тихо.
— Там все мертвые, Кира, — почти по слогам выговорил Теодор. — Вас это сейчас не пугает только потому, что активная мозговая деятельность придавлена препаратами.
— Зуб даю это ее никогда не пугало.
— Проследите, чтобы она никуда не делась, — распорядился Доминик, тоном, не оставляющим места для споров.
Кира повернула голову и увидела его удаляющимся в обществе женщины доктора, светившей ей в глаза. Даже по спине читалось все, что он думает о ней, ее состоянии и сложившейся ситуации.
— Недоволен.
— Странно, да? — ехидно спросил Марчин, появляясь в поле зрения.
— Какой зуб? — едва ворочая языком спросила Кира.
— Что?
— Ты сказал зуб даю, — пояснила она медленно. — Какой?
— Кира, я подарю вам челюсть, — пообещал Теодор так, словно собирался отдать ей свою. — Перестаньте с ним цапаться, это просто фигура речи.
— Сначала наобещаете, потом не даёте, — по-детски обиделась Кира.
Некоторое время еще пыталась удерживаться в реальности, но мягкая каталка и лекарственный коктейль утянули в призрачные глубины сна. В нем пахло морем и сиренью. Ветер летал по пляжу нашептывая чужие секреты. Шуршали волны, рассыпая по мокрому песку ракушки. На шезлонге рядом сидел кто-то очень близкий, с кем легко и уютно было молчать, глядя в темноту горизонта. Туда, где небо сливалось с морем и становилось временем.
Телефон, четвертый за этот месяц, вибрировал и бился округлым уголком в тарелку, однообразно позвякивая. Кира услышала его на третьем звонке, но просыпаться совершенно не хотелось. Теплый, мирный сон был ей милее рассвета в Чикаго. Во всяком случае прямо сейчас. Звонил кто-то очень целеустремленный, потому что через мгновение после того, как завершился первый вызов, начался второй. Кира открыла глаза и с укоризной посмотрела на аппарат.
— Ну кто там такой занудный? — спросила она у него, взяв в руки.
Звонила Арина, судя по настойчивости чем-то обеспокоенная или недовольная.
— Другой временной пояс слушает, — буркнула в трубку Кира, приняв звонок.
— Посмотри новости. Я прислала тебе в мессенджер.
— Это никак не может подождать до утра?
— Немедленно! Я перезвоню.
Тон Арины не наводил на мысли о шутке. Смирившись с тем, что придется проснуться Кира протерла глаза, открыла мессенджер и запустила верхний из присланных Ариной роликов.
Первым, что ей очень в этом ролике не понравилось, был знакомый вид на улицу Петкова. Вторым — собственный дом с обвалившейся вовнутрь крышей. Симпатичная журналистка на фоне остова бодро докладывала о дневном взрыве бытового газа в квартире 3.3, повлекшим за собой обрушение кровли. Пострадавших уже госпитализировали, спасатели продолжают разбор завалов. Кира закрыла глаза и тихо выругалась. К квартире на улице Петкова, небольшой, но удобной и уютной, она успела привыкнуть и теперь испытывала чувство потери, редко посещавшее ее прежде относительно мест проживания. Вместе с ним пришло и негодование на соседей снизу, по счастью оставшихся в живых, любезно предоставив Кире возможность лично с ними рассчитаться по возвращении. Через минуту гнев сменился сочувствием.
Запустив следующий ролик Кира похвалила себя за прозорливость, благодаря которой успела потратить деньги, лежащие в коробках, на покупку дома в Старом городе. Пока, к сожалению, остающийся в аварийном состоянии. В следующем ролике та же репортерша рассказывала о том, что все жильцы дома эвакуированы, жертв среди них нет, а также об удивительных находках спасателей. Крупным планом показали синий тент, под ним стол, а на столе — Кира едва поверила собственным глазам — ее любимая винтовка Драгунова, пыльная и поцарапанная. Кадр сменился. Показали лицо спасателя участвующего в разборе. Выражение на нем яснее ясного говорило, что винтовка была не единственным сюрпризом, найденным под обломками четвертого этажа, на котором жила Кира. В следующем ролике “эксперт канала” с важными видом проводил “анализа арсенала”, втирая обывателям про вторичную детонацию. На столике под тентом оружия прибавилось.
Кира похвалила себя еще раз. За то, что ракеты к Стингеру хранила на складе, а не в чулане. Вторичная детонация такого масштаба легко могла бы привести к образованию котлована на месте дома. Тогда без жертв уже не обошлось бы.
