Речь Холла о пользе взаимодействия маршалов и служб социальной поддержки вызывал скуку у Киры и живейший интерес у теток из социального центра в Квинсе. Они кивали, с восхищением глядя на маршала и с сочувствием на Киру. Вид она имела подходящий легенде, для соответствия которой вчера напилась. Поскольку пьянку спонсировало бюро в лице агента Камеро, нажраться совсем в слюни не получилось, но ей показалось, что начальство все равно было удивлено вместительностью маленькой восточноевропейской девочки.
Встреча анонимных алкоголиков здорово повеселила нелогичностью обязательного требования подписать бейджик. Выбирая псевдоним, она направилась к кофе-автомату, рядом с которым топтались несколько побитых жизнью мужиков. Они негромко переговаривались, вяло жевали пончики "дюжина за доллар девяносто", запивая их эспрессо, вкусом напоминающим вареные желуди.
Автомат уронил пластиковую палочку для размешивания мимо стаканчика. Кира присела поднять ее, и приметила на боку автомата желтый стикер. Ловким движением опытного карманника сняла его и прочитала. Послание было лаконичным: приглашало на встречу у черного выхода через тридцать минут. Вернув стикер на место, она выпила мерзкий эспрессо и с наслаждением закусила тремя пончиками. Мужики понимающе хмыкали и прятали усмешки, Кира наслаждалась углеводным ударом по похмелью. Потом со скорбным видом слушала истории успеха “я не пил тридцать шесть дней” и истории падения “мне позвонила бывшая жена и я в тот вечер набрался”. Внесла свою лепту слезливым рассказом о разрыве с бойфрендом, завершив бенефис коллективного нытья.
Когда стали выбирать ментора, к новенькой алкоголичке подошли сразу трое мужиков в завязке с улыбками, породившими у нее мысли о пользе своевременного суицида. Кира прикидывала, как бы отделаться, когда в дверях возник вампир. Виски кольнуло легким мороком. Клыкастый гость старался скрыть свое присутствие. Скользнул вне области видимости камер на задворки социального центра, куда минутой раньше вышел пузатый клерк, нывший об алиментах и давление на сознание пропало. Окинув взглядом людей в комнате Кира поняла, что никто не заметил произошедшего или списал на привычные симптомы похмелья. Собственная чуткость, натренированная с Ариной, вызвала приступ гордости, задний двор — приступ интереса. Сославшись на нестерпимое желание покурить, Кира прошмыгнула на улицу.
