В расположение станции подходила пустая грузовая баржа с Луны. Ее, то есть баржу, не Луну, требовалось поймать буксиром, уравнять скорости и пристыковать к грузовому шлюзу. Далее швартовая команда из Севки, Сандро и Чена подключат баржу, проверят системы, заправят моторы-корректировщики, и подготовят к дальнейшему пути – на одну из орбитальных платформ. Курс задаст тот же буксир.
Баржа впечатляла – гроздь огромных светло-серых шаров, закрывающих пространство и звезды. Горный массив, наплывающий на маленький кораблик Игоря.
Он был в кабине один. Капитан-наставник находился на станции, контролировал процесс стыковки из командного модуля. По-другому и нельзя – инструкции прямо запрещали одновременную работу пилота и командира на борту вне станции.
Мастер по каким-то соображениям выбрал его первым на буксирную стыковку.
А Севка прокомментировал:
– Я бы тоже робота первым поставил. Во-первых, не жалко, а во-вторых остальные посмотрят – как не надо.
А капитан-наставник в этот раз сделал Севке серьезный выговор за длинный язык. В Пространстве не шутят о настоящих выходах и манипуляциях, не шутят о тех вещах, что могут кончится очень плохо, если пойдут не по плану. Даже без всяких суеверий: сила внушения и самовнушения – известный научный факт.
Севка, к своей чести, склонил голову, слушая мастера. Ответил:
– Виноват! Был не прав. Больше не повторится.
А затем сам обратился к Игорю:
– Извини, правда. Дурацкая шутка вышла в самом деле. Все еще память о школьных годах.
Игорь в ответ улыбнулся – он тоже хорошо помнил совсем недавние годы в школе вместе с толстым Севкой и Анькой.
– Шутка-то неплохая, реально! Но… спасибо тебе!
Игорь пожал ему руку выше локтя, и чуть хлопнул другой по плечу.
– Станция, есть сцепление. Буксирные тяги зафиксированы.
– Принял! Хороший угол.
– Выравниванию скорости.
Игорь мягко тянул рукоятки управления. Таймер задачи был желто-зеленым – все точно по графику. Со стороны можно было бы сказать, что происходящее ничем не отличается от виртуального тренажера. Однако, тут была невесомость, тут была кабина, в которой было тесновато и чуть мешался у плеча выступ запасного люка, а на закрытом забрале изнутри возникала легкая испарина от дыхания – барахлил кондиционер шлема? – сквозь которую чуть размывались светящиеся цифры и концентрические дуги створного хода на экране. Игорь ни за что бы не спутал происходящее с виртуальностью.
Причальная навигация исчезла с экрана. Игорь коснулся кнопок – монитор не желал работать. Времени на перезагрузку системы не было – буксир шел вместе с огромной баржей к причальному модулю. Потребуется сжечь много дорогого горючего, чтобы прервать стыковку, а потом снова ее продолжить.
– Станция, причальная информация недоступна, монитор не реагирует. – Игорь поколебался секунду, и продолжил: – Причальный протокол выполняю по механическим створам узла.
– Понял, буксир, подтверждаю! Визирую направление. Принимай поправку.
Игорь видел шестнадцать ярких створных линий и концентрических дуг вокруг причального узла. Он держал рукоятки, чтобы направляющие на стекле кабины отличались от них на тот угол и расстояние, который назвал капитан-наставник.
Испарина внутри шлема стала плотнее. Это мешало следить за линиями. Игорь сделал три глубоких и спокойных вдоха-выдоха и задержал дыхание.
– Угол верный. Так держать. Стыковка через пять минут, двадцать семь секунд… обратный отсчет…
Выдохнул Игорь, похоже, когда швартовые штанги клацнули на кнехтах баржи – этот звук разнесся по металлу, прокатился по буксиру.
– Буксир, стыковку подтверждаю! Хорошо, Игорь. Ожидай. Перезапусти монитор.
Таймер показал выполнение задачи в срок. Слот «Швартовка» ушел вниз, его сменил «Работа швартовой команды».
Игорь потянулся к шлему, чтобы откинуть его, продышаться полной грудью… но остановился, вспомнив инструкцию: «В течение всего присутствия на борту буксиров, тягачей, причальных средств пилотам надлежит находится в личном скафандре в режиме «Вакуум».
За нарушения инструкций во время практики снимали зачетные баллы, а за нарушения во время реальной службы – квалификационные очки и премиальные.
Игорь усмехнулся. Он вдруг подумал, что и отказ причального монитора – наверное и не случайность никакая, а тоже часть практики. Он включил внутренний обдув шлема. Стало прохладно и сухо.
Он смотрел на станцию, черную пустоту вокруг, в которой застыл звездный рой, а сбоку закрывала звезды бугристая стена баржи. Где-то сзади была огромная Луна, какой она видна из первой либрационной точки системы.
А если что-то пошло бы не так? Все просто – форсаж, баржу в сторону. А причальный модуль затем и вынесен от станции подальше на опорах, чтобы не всю ее снести, если заработались. В теории.
Игорь вдруг ощутил себя крошечным и потерянным – немощная, одинокая пылинка в бесконечном пространстве. Кто он и как сюда попал?..
