Это была тренировка.
– Севушка, иди быстрее, – говорил Михаил Артемович помощнику в инженерном модуле. – Так надо.
– А как же вы? А капитан?
Севка держался за скобу, не желая покидать модуль. Алексей был в командном модуле, и потому Севка упорствовал. Он знал – это не учебная тревога, он видел дозиметры и счетчики. Магнитный экран, обычно надежно защищающий объекты за пределами поясов Ван Аллена, действительно снят из-за аварии, и действительно около станции пронзает пространство протонный пучок – дозиметры работали исправно.
– Иди! Мы станцию оставить не можем по инструкции, она в роторном режиме, да еще и корректируется. Будем срочно запасные экраны ставить. Благо, доставили их.
Бортинженер уже облачался в ремонтный скафандр.
– Вы что же, умирать останетесь? – крикнул Сева.
– Ну понес, а! – весело отозвался Михаил. – Посмотри на дозиметры, чадо. Ну хватанем лишних двести бэр, ничего, переживем.
– А я тогда что же? Останусь и буду с вами работать!
– Отставить! – раздался голос капитана от входа. – Космонавт Хомов, марш в шлюзовую! Отведете судно к остальным. По инструкции.
Севка попятился.
– Почему, мастер! Я могу помочь, так быстрее справимся!
– Парень, – сказал вдруг Алексей. – Потому, что эта доза тебе точно не нужна. Мы на Марсе уже были, а твой – он еще впереди. Хочешь из-за старой железяки на первой же стажировке лучевую болезнь с осложнениями схватить? Так и останешься навсегда на поверхности.
– Ну и пусть! – сказал Севка. – Я не школьник, чтобы…
– Космонавт Хомов, выполнять немедленно! За неподчинение – неаттестация и снятие с программы подготовки.
Севка переглотнул пересохшим горлом, перевел взгляд с капитана на Михаила.
– Так надо, космонавт, – сказал бортинженер без улыбки.
Севка, поколебавшись, попятился, не сводя с Михаила и Алексея защипавших вдруг глаз.
Потом он вел кораблик туда, где по инструкции ждали друзья. Ждали, уверенные, что тренировка идет по плану. Присоединившись к строю, он сперва молчал и колебался, не зная, как правильно поступить. Хватило его минуты на две.
Игорь в эфире пообещал его казнить как дезертира, и первым направил корабль к станции. Следом рванули и остальные, под нарастающий напев дозиметров.
Капитан-наставник, не сдерживаясь в выражениях, на общей волне пообещал неаттестацию и отчисление всей группе.
Практиканты хором ответили «Так точно!»
Но с помощью ребят снаружи аварийные экраны развернули действительно быстрее. Дозиметры стихли, станция перестала гореть красным.
А затем, такое впечатление – прямо сразу, пришла спец-ракета с Лунного-один.
Первой в шлюз выпрыгнула сама Младка, зеленоглазая и рыжая.
Капитан и бортинженер лежали в лазарете. Они не получили двухсот бэр, нет, но и до пятисот немного не дотянули. Ребята, сами отхватившие по сотне с лишним, сняли с них одежду, ввели им противорвотное, арадиатин.
Игорь и Сандро были в лазарете, Чен – дежурил в командном модуле, Севка – проверял бортовые системы, искал возможные очаги вторичного ионизирующего излучения.
Игорь услышал торопливые шаги, обернулся – капитан Радович в пилотском комбинезоне вбежала в отсек. Игорь посторонился, передавая ей планшет-диагност. Чен слегка поклонился знаменитому врачу Марсианской экспедиции, открывшей кремнийорганические следы древней жизни.
Младка посмотрела на всех сразу. Она уже видела медицинские отчеты на своем визоре. Ребята отделались почти легко. Почти.
– Вы как, мальчишки? Не мутит?
Игорь и Чен покачали головами. Игорь повел глазами в сторону Алексея и Михаила.
– Костюмы и одежду утилизировали, препараты ввели по протоколу два. Промывание не начинали.
Младка кивнула.
– Молодцы, вижу. Промывание по дороге, некогда здесь. Так…
Она подошла к лежащим, положила ладонь на красную щеку бортинженера.
– Миша, что же вы…
– Путем, Младочка. Рабочий аврал, – отозвался он. – Парням спасибо. Без них мы были бы сейчас куда бледнее. А, Лешка?
– Мы и так будем выглядеть бледно, Михаил. Парням досталось, будь здоров…
В лазарет вошли фигуры в белых медкомбинезонах и шлемах.
– В ракету обоих, в госпиталь, – распорядилась капитан Радович. – Когда оклемаетесь, несносные вы бродяги, я лично не аттестую вас для работы в Пространстве.
– Не впервой, Младочка, – проговорил Михаил Артемович. Он положил свою покрасневшую ладонь на ее руку. – Спасибо, что пришла!
Алексей усмехнулся им обоим, и провалился в темную зыбучую дрему.
Младка проследила, как их выносили из лазарета.
– Теперь займемся вами, – сказала она. – И… спасибо, мальчишки, очень большое спасибо.
Капитан приобняла их за плечи, а Игорь с неловкостью увидел влагу в ее зеленых глазах.
Земля заняла всю нижнюю половину обозримого пространства. Она была удивительно синей, облака белыми полотнами держались ближе к полюсам.
Космоплан снижался. Игорь полулежал пристегнутым в кресле около иллюминатора. Бездумно наблюдал за планетой. Визор и таймер были выключены, и казалось, что появилось слепое пятно наоборот.
