– Боюсь, что так, Хребет, – подтвердил Анубис. – Против нас может быть кто угодно. Как минимум – вертолеты военных. Если их не будет, то в Ржавом лесу стоит плотный заслон из окопавшихся сил противника, а еще дальше – застава «Пьедестала». Скорее всего, это будет путь в один конец, но нам нужно попасть в Припять.
– Я простой мужик, – сказал Хребет. – Потому говорю за себя и за других простых мужиков. Мы за тебя, командир. Прямо сейчас двинусь на север, к нашим. В боях, ежели случатся, участия не обещаю, уж извини. Не будет от нас толку, если против нас окажутся танки да вертолеты. Но партизанить в лесах сможем. Мало ли как дело обернется.
– Сталкеры намерены нам помочь? – переспросил Анубис. – Вам-то какой интерес? Вы ведь живете Зоной.
– Две причины, – усмехнулся Хребет. – Устал я от Зоны, командир. Нашел артефакт, продал артефакт – а толку? И эту ядреную связь с ней тоже не разорвешь. Не хватает воли, прямо скажу. Но ежели кто-то другой хочет эту стерву порвать, так я первый буду, кто поможет.
– Понятно, – кивнул Анубис. – А вторая причина?
Хребет ловким движением сунул в потрескавшиеся губы новую сигарету и лихо прикурил, чиркнув спичкой о край рукава.
– Вы не сможете уничтожить Зону, – ответил он, гася спичку. – Потому как просто не уничтожите. Но вот беспредел вояк меня кумарит. И наемники эти костью в горле… Если их вообще можно толкнуть из Зоны, то только твоими силами, командир. Чтоб знали свое место.
– Без этого никак, – согласился лидер. – Попытаемся, конечно, обойти, но, вероятнее всего, через наемников придется пробиваться силой. Договорились, Хребет. Возьми «Винторез» в оружейке, я знаю, ты давно хотел себе такой.
– Верно, хотел, – не стал отрицать сталкер. – Только не возьму. Не хочу я, командир, чтобы ты думал, будто я из-за ствола тут изгаляюсь. Живы будем – сочтемся.
Небрежно отдав честь, Хребет подтянул лямки рюкзака и двинулся к Полигону.
Стоящий рядом Уотсон внезапно почувствовал, что ему душно, и дернул себя за ворот армейской куртки. Только глядя на уходящего сталкера, казалось бы, постороннего в этой истории человека, он осознал в полной мере масштабы будущего столкновения и всю величину угрозы.
– Это полная дурь, – сказал он в сердцах. – Мы находимся в месте, где и так смерть поджидает на каждом шагу. Почему здешние люди должны умирать из-за действий себе подобных? Так не должно быть!
– Так есть, – осадил его Анубис тоном, не терпящим возражений. – Надо с этим смириться. Зону не изменишь простым желанием. Однако я с тобой согласен, такого быть не должно.
– И ничего нельзя сделать?
– Почему же? Можно. Вот ты и изменишь.
– Как?
– Нарисуешь в дороге подробный план укреплений врага в Ржавом лесу. Получишь хорошую карту и нанесешь на нее пометки.
– Постараюсь, – неуверенно сказал парень. – Но я не силен в обозначениях, ведь я даже в армии не служил. Да и в топографии не очень…
Анубис щелкнул пальцами перед его носом, и Уотсон отшатнулся от неожиданности.
– Просто нарисуй все, что видел, – сказал лидер клана с нетерпением. – Это и есть твой шанс минимизировать человеческие потери, если дело дойдет до войны. Поедешь с Фармером, чтобы тебе веселее было. Ручку дать?
Продолжая смотреть в глаза, Анубис сунул руку в нагрудный карман и вытащил прозрачный пишущий цилиндр. Снял колпачок с характерным звуком, помахал в воздухе.
– Гелевая, – добавил он. – Цвет «индиго». Справишься или карандашом удобнее? Если что, ластиков у нас все равно нет.
– Я все понял, – буркнул Уотсон, слегка покраснев. Он выхватил у Анубиса ручку и пошел к гаражам, стараясь не переходить на бег.
Фармер сидел на заднем сиденье «Тигра», думая о том, куда его затащила судьба. Над ним нависали скрытые под пленкой стволы Мисс Анаис, уместившейся на узкой платформе багажного отделения. «Ранговцы» рассаживались по машинам, и Фармер с удивлением обнаружил, что теперь они не производят впечатления беспорядочной толпы парней в черно-красных комбезах. Может, их движения больше не казались суетливыми, или же он просто привык к этому обществу, так что больше не ощущал себя чужим среди членов клана.
Рядом с ним в машину забрался Уотсон, к тому времени раздобывший где-то вчетверо сложенную карту. Он с беспокойством разложил ее и начал изучать.
– Я получил задание, – доложил он. – Теперь от моей памяти зависят чьи-то жизни.
– Лучше так, чем наоборот.
Уотсон откинулся на спинку кресла, насколько позволило жесткое сиденье «Тигра».
– Что мы здесь делаем? – произнес он, крутя ручку между пальцев. – Это не наша война.
– Ты предлагаешь свалить? – спросил Фармер.
– А что нас здесь держит? Для Литеры мы больше ничего сделать не можем. Проблемы всех остальных – это не наше дело.
Фармер провел рукой по стволам пулемета.
– Можем сделать что-то если не для Литеры, то для человека, которому она желала бы помочь, – сказал он с грустью.
– Ты о Борланде?
– Да.
