В отличие от большинства магов он не выглядел таким уж старым. Длинные запущенные волосы, черная густая борода с вкраплением седины и длинные усы по-варварски заплетенные в косички. В чертах лица отражено нечто подлое, ненормальное. В его взгляде всегда заметна какая-то безумная усмешка. О его прошлом было мало что известно, из-за чего, несмотря на его помощь, несмотря на десятки темных эпидемий, которые он помог остановить, жители Арвлады относились к нему с недоверием, даже немного побаивались. Первый из трех светлых магов Хранителей Преферии просто нашел где-то этого Крегера, просто явил его народам Арвлады как третьего хранителя. Будучи официально светлым магом, он почему-то носил черный плащ мага темного, что еще больше нагоняло сомнений в нем.
Та, что еще несколько дней назад была маленькой девочкой сейчас мертвой старухой лежала перед ним. Очередная сверхъестественная зараза, как оказалось, передается через взгляд в глаза зараженного. Поэтому чтобы не допустить заражения, ее глаза завязаны белой лентой. После нескольких часов борьбы за ее жизнь, полной концентрации в попытке остановить разрушение организма, потерпев неудачу он, дымя трубкой, постепенно приходил в себя. Свет в темную, заполненную табачным дымом камеру, поступал через небольшое зарешеченное окно. Маг стянул ленту с ее застывших мертвых глаз, теперь она была ни к чему.
В комнату влетели два механических одноглазых шара - Сферы - рабочие биомехи армидейского производства. Местные маленькие роботы, обследуя мертвое тело, о чем-то переговаривались на своем механическом языке. Диагностировав смерть, оба они зависли над телом, один в голове другой в ногах. И будто обхваченное невидимыми руками оно взмыло в воздух, а затем упарило из комнаты в сопровождении этих одноглазых железных шаров золотистого цвета.
Для него причина очередной темной болезни была ясна. "Темная зараза, выкашивающая тысячами людей ни где-нибудь, а на территории артэонов, под Светом Духа, серьезно?! Ну, разумеется бедные артэоны ведь такие же простые смертные, как и все вокруг. Они также страдают от проделок Тьмы, как и все остальные. Ну-ну" - примерно так он возмущался про себя. По его мнению, неизвестная зараза на территории артэонов просто так возникнуть не может. Этот очередной темный мор на людей наслали сами спецслужбы СБК, таким образом, контролируя численность населения, в данном случае сокращая ее. В той высохшей старухе, которую не смог спасти он видел жертву беспощадного террора артэонов. Даже если здесь и была замешана какая-то темная тварь или очередной безумный темный маг наславший заразу, то действовать он должен был только с разрешения артэонов, с одобрения хозяев территории на которой действует.
Понимая, что эту темную заразу искусственным вмешательством не остановить, вместо того чтобы хотя бы попытаться изготовить лекарственное зелье, он решил отправиться в оцепленные поселения откуда эпидемия началась. Найти какие-то улики, хотя бы лично для себя убедиться в виновности артэонского правительства.
Собравшись вставать и отправляться в путь, облокотившись на свой деревянный посох, подтащив к себе походный рюкзак в котором бесполезным хламом дребезжали все его "богатства", он все равно продолжал сидеть. Посидев, повздыхав и подумав, прежде чем встать, он все же решил дозаправиться. Для него этот мир уже давно просто серый фон со сменяющимися картинками, подробности которых его не интересовали, алкоголь оставался единственной радостью. Оглядевшись по сторонам в темной пустой комнате, прислушавшись, не идет ли кто-нибудь по коридору, Крегер трясущимися руками достал из походного рюкзака свою любимую фляжку. Бесконечная волшебная фляжка, в которой всегда плескался хороший виски, которую нельзя было осушить до дна, была единственным его достижением как мага. Сделав несколько больших глотков из своей любимой фляжки он, под грохот упавшего на пол деревянного посоха, довольно оперся спиной о стену, чувствуя как пьянящая нега, божественным теплом растекаясь по телу, уносила его подальше от мрачной действительности. Содержимое фляги стало для него, что очки для слепого, без него он просто не мог смотреть на этот мир. Он называл это спасением, лекарством для души.
Позволив себе немножко приложиться к заветной фляжке, он автоматически накачался до полного опьянения. Его глаза остекленели, на губах появилась привычная ухмылка. Когда стало так хорошо, в таком приятном комфортном для него состоянии, о каком сне могла идти речь? Ноги сами понесли его вперед навстречу приключениям. "Пришло время спасать этот мир!" - сказал он сам себе, и пьяный рассмеялся, будто это была самая смешная шутка в мире. Шатаясь от стены к стене, спотыкаясь на ровном месте, он брел к выходу из барака, наполненного криками умирающих от "дневной старости".
