— Мне все равно, — повторил Тони бесцветным, тусклым голосом. — Лучше скажи, что врачи говорят насчет ЭКО?
— Ничего не говорят, — вздохнул Питер. — Кроме того, что из этого, по всей видимости, ничего не выйдет. Предлагают донора. Но это будет не мой ребенок.
— Послушай, если дело в титуле — кто будет делать анализ ДНК? У твоей жены родился ребенок, каким образом — медицинская тайна. Это же не усыновление.
— Дело не в анализе, Тони, — вздохнул Питер. — Это будет не мой ребенок. Ты понимаешь?
— Я понимаю, Питер. Ты даже представить себе не можешь, насколько.
— Ну почему же не могу? — усмехнулся Питер.
Казалось, они оба готовы были сказать что-то очень важное, но дверь библиотеки внезапно распахнулась.
— Милорд, — Эшли никогда не делала книксен, не подходящий к брючному костюму, только кланялась, как мужчина-дворецкий, — леди Скайворт просила передать, что ждет вас наверху.
— Люси верна себе, — сказал Питер, обращаясь к Тони. — Здесь везде телефоны, у нее есть мобильный, но…
Тони чуть заметно усмехнулся и пошел к выходу, но Питер его остановил.
— Задержись на минуту. Вы свободны, миссис О’Киф.
Когда за Эшли закрылась дверь, Питер спросил:
— Света ведь не забрала кольцо с собой, так?
— Нет, оно в банке.
— Привези мне его, пожалуйста.
— Зачем? — удивился Тони. — Ты хотел, чтобы Хлоя не могла до него добраться, в банке оно в недосягаемости, нет?
— Скоро Хеллоуин… — Питер со значением посмотрел на Тони, стоявшего у двери.
— Ты хочешь отвеэти его… туда? Но ты же сам говорил, что проход не открывается дважды!
— Я так думал. Но потом посмотрел старые календари и сравнил даты. Я был там на Хеллоуин — тридцать первого октября. Вы с Полом — двадцать девятого. Дед — тридцатого. Выходит, что проход может открываться в разные дни в конце октября. Я поеду, допустим, двадцать восьмого и буду каждый день ездить по этой чертовой дороге, пока не окажусь с той стороны.
— Но зачем, Питер? — настаивал Тони.
— Это кольцо из другого мира. Давно пора вернуть его туда. Одно уже закопано в драконьем логове, пусть он сторожит и второе.
— А если туда заявится Хлоя? Ну вот вдруг — представь себе. Начнет расспрашивать твою Лору…
— Лору я предупрежу. Если Хлоя действительно захочет попасть туда, мне тем более надо ее опередить. Дракон — это, конечно, надежно, но лучше никому не знать, где эти кольца. Не хочешь поехать со мной?
— А что, если вдруг мы не успеем вернуться? Ты же не знаешь, сколько времени проход остается открытым?
— Значит… значит, придется остаться там на год. Будем работать у Лоры за еду.
— А что скажет Люси?
— Надеюсь, Люси поймет, — сказал Питер, встав с кресла и подойдя к Тони. — А тебе в этом случае не придется жениться на Эшли.
— Меня и так никто не заставляет, — буркнул Тони, глядя в сторону.
— Да. Кроме одного идиота по имени Тони Каттнер. Подумай. Мне бы хотелось, чтобы ты поехал со мной.
Двадцать шестого октября Тони положил на стол перед Питером кольцо Маргарет.
— Ты еще не заказал гостиницу? — спросил он мрачно.
— Заказал. С двадцать восьмого. Номер на двоих, — невозмутимо ответил Питер.
— Ты знал, что я поеду, так?
— Скажем, надеялся. Кстати, когда у тебя свадьба?
— Пятого декабря, — еще больше мрачнея, ответил Тони и сеп в кресло у камина.
Питер нахмурился, словно пытался что-то вспомнить, но никак не мог.
— Знаешь, последнее время у меня постоянное ощущение… дежавю? Или… не знаю, что это такое. Вот сейчас вдруг показалось, что пятого декабря что-то или уже случилось когда-то, или только должно случиться. Что-то очень важное. Очень острое чувство. У тебя такого не бывает?
— Последние четыре месяца — постоянно. И у Светы было то же самое. После того как мы пытались избавиться от этого проклятого кольца. Я же говорил тебе. Может быть, именно поэтому у нас ничего и не вышло. А пятое декабря… Это Эшли выбрала дату. Когда сказала — меня как ударило. Что было пятого декабря? Или что должно произойти? Я тоже не знаю, Питер. Кстати, что ты сказал Люси?
— Все как есть. Она, конечно, переживает. Хотела ехать со мной, но я отговорил. Если вдруг я… то есть мы — если мы там застрянем, кто-то же должен отбиваться здесь от журналистов и беседовать с детективами. Член палаты лордов пропал без вести — это вам не баран чихнул. Ну а вернуться назад успею шесть раз, прежде чем меня признают умершим и Скайхилл отойдет Короне. Ну а ты что скажешь Эшли?
— Мне проще, — каждый раз, когда Тони говорил о своей невесте, на его лбу появлялась глубокая вертикальная морщина. — Скажу, что поехал с тобой по делам имения. А если не вернусь, родители подумают, что я расхотел жениться и удрал в Шотландию.
— А что, уже были прецеденты? — хмыкнул Питер.
— Это наша семейная шутка. Когда я был маленьким и родители меня за что-то наказывали, я грозился убежать в Шотландию и стать Дунканом Маклаудом[1].
— Как мило. Тогда собирайся. Выезжаем послезавтра рано утром. Надеюсь, четырех дней нам хватит. Если не сможем найти проход — значит… Значит, не сможем.
Двадцать восьмого им не повезло.
