– Я весьма и весьма неплохо. День был насыщенным, и у меня был крайне боевой настрой. Поэтому закончила раньше обычного.
– Это хорошо, – продолжал я отвечать односложными фразами.
– Ты какой-то загруженный. У тебя всё хорошо?
– Да, немного устал.
– Может, оголодал? – игриво спросила она и протянула мне вилку с ножом.
– В том числе.
– Ну, ничего, сейчас мы это исправим. А чем ты занимался весь день?
– Работал. Вечерком вот решил выйти, проветриться немного.
– Думается мне, там погода не самая хорошая для прогулок.
– Нет плохой погоды для того, кто посмотрел в окно перед выходом.
Она вежливо усмехнулась.
Наверное, блюдо было вкусным. Я не помню, потому что вскоре обнаружил себя рассматривающим Жаннет, словно скульптуру в музее. Медленно скользил по ней взглядом. Лицо казалось одновременно знакомым и чуточку чужим. Цвет кожи был немного бледнее обычного, но не выглядел болезненным. Жилки на шее смешно прыгали, когда Жаннет пережёвывала пищу. А огоньки в глазах сверкали, как алмазы. Может, это опять так действует то адское вино? Я посмотрел на полные бокалы, которые стояли нетронутыми. Неожиданно мне захотелось закричать на неё. Взять за ухо и строго с ней побеседовать, как с маленьким воришкой, которого поймал в своей торговой лавке. Сказать ей, чтоб она оставила Жанну и меня в покое. Забыла дорогу сюда и катилась ко всем чертям. Сдерживаемый приступ ярости стих так же быстро, как и появился. Я выпил немного вина. Затем томно перевёл взгляд за окно. Пока мы манерно ужинали в тишине, там начиналась зловещая гроза. Позже я помог убрать со стола посуду и удалился в комнату, где наткнулся на различные предметы художников: кисточки, краски, карандаши, бумагу. Пока я рассматривал всё это, ко мне сзади тихо подошла Жаннет.
– Решила вот порисовать немного, в интернете наткнулась на интересный эскиз, – поясняла она происходящее полушёпотом.
– Выглядит масштабно.
– Да. Думаю, уйдёт дня 2-3.
– Ты ещё сегодня будешь продолжать? Я хотел пойти спать.
– Конечно, ложись, а я ещё немного позанимаюсь.
Ну вот что «привело» её в очередной раз?
На следующее утро я обнаружил частично законченную картину прямо в шкафу, рядом с моей одеждой. Там же оказались аккуратно сложены все сопутствующие принадлежности и расходные материалы. Я решил ничего не трогать и лишний раз не шуметь. Тем утром было необходимо уехать на работу раньше, поэтому я старался не тревожить свою девушку. Сварил кофе, слепил бутербродов на двоих, оставил записку и ушёл.
Вечером после работы меня встретила Жанна. Я же, в свою очередь, рассчитывал застать Жаннет за своей картиной и даже отрепетировал небольшой диалог. Так кто из нас двоих сходит с ума? Вешая костюм обратно шкаф, я нашёл там нетронутую картину. Хотя она сказала мне, что будет заниматься ей 2-3 дня. Может, занята чем-нибудь другим важным? Просмотр Дискавери является неотложным занятием? Ах да! Мне обещала Жаннет, а сейчас здесь Жанна. Может и правда стоит обратиться в клинику?
Через сутки всё повторилось. Никакого намёка на то, чтобы продолжать писать картину.
На третий день я не выдержал, вытащил всё из шкафа наружу и показал Жанне. От отчаяния и злобы я собирался закричать на неё. Рассказать, что приступы участились, случаются ежедневно и эту картину писала она. Я был готов услышать ответ, якобы мы купили её где-нибудь по пути домой на ярмарке в прошлые выходные, или любую другую ахинею, которую сфабрикует её воспалённый разум. И пока я подбирал слова для своей гневной тирады, она неотрывно всматривалась в полотно, словно увидела там грубейшую ошибку. А затем неожиданно громко чихнула. Я вздрогнул и посмотрел в её стеклянные глаза. Она чихнула ещё раз. Ещё и ещё. А затем, словно пьяный солдат, который возвращается в казарму мимо старшего по званию, пошла быстрым шагом рядом со мной, пряча взгляд. Скрылась в ванной. Стоит полагать, что вернётся уже Жаннет? Её величество Жаннет. Я поставил картину рядом со столом, выложил остальную утварь и уселся рядом в ожидании. Как обычно, она вернулась минут через 10-15. Мне сразу удалось узнать её, хотя в этот раз она и не закрутила волосы в любимую причёску.
– Жаннет, ты не против, если сегодня я немного посмотрю, как ты рисуешь?
– Никаких проблем, Константин. Сколько угодно. Мне будет приятно такое внимание от тебя.
