Жаннет не было больше месяца. Всё это время администратор с галереи докучал вопросами, когда она сможет прийти на интервью. Ибо её выставка до сих пор работала и уже била всевозможные рекорды среди экспозиций подобного уровня. Мне каждый раз приходилось врать, будто она больна, или уехала из города, или ещё нечто такое. Но, даже помимо этого, иногда кое-что напоминало о ней. И каждый раз, когда это происходило, меня охватывали противоречивые чувства. По сути нужно праздновать победу. Ведь всё выглядит так, будто цель достигнута. Жанна жива, здорова, находится со мной, а не в больнице. Выглядит замечательно. Приступы больше не случаются. Хотя тут имеется спорный момент. Жаннет больше не появляется, когда Жанна видит картины – неважно, чужие или же те, что написала её субличность. С этим, судя по всему, покончено. Но ведь однажды приступ случился в момент, когда она видела живое выступление музыкантов. Может, теперь у Жаннет будет потребность петь? К тому же однажды я наткнулся на часть песни или стихотворения, которое она написала. Возможно, теперь она захочет читать стихи? В идеале нужно как-то прояснить данные моменты, а я всё откладываю на потом. Но, даже если она действительно ушла навсегда, мне немного некомфортно из-за того, что нам не удалось попрощаться. Это чувство – полнейший абсурд. Хотя, если начать анализировать происходящее в нашей с Жанной жизни за последние 6 месяцев, такого абсурда отыщется ещё немало. А может быть, я просто-напросто скучаю по ней? Ведь у нас наберётся достаточно много вечеров, да и дней, проведённых вместе. И всё было довольно приятно и интересно. Это сложно сравнить с чем-либо пережитым ранее. Плюс ко всему она показала мне новые грани мира вокруг, словно познакомила с ним более близко. Вообще, всё произошедшее с нашим трио воспринимается как серьёзные неприятности и одновременно с этим как странный подарок судьбы.
Моя девушка пребывала в полном порядке. И однажды в выходной день мы всё же решились отпраздновать нашу общую победу. Выбрали фирменный ресторан, отправились туда и грешили чревоугодием весь вечер напролёт. Жанна рассказала, что недавно виделась с Викой и у неё тоже всё хорошо. Но теперь у её подруги мало свободного времени, ибо она всерьёз решила заняться карьерой, и потому постоянно разъезжает по каким-то семинарам и курсам повышения квалификации. Вскоре моя девушка расчувствовалась и начала искренне благодарить меня за то, что не бросил её в сложной ситуации. За то, что оставался до конца, вопреки всему. Я, слушая это, ощущал себя немного неловко, так как до сих пор недоговаривал ей всей правды. Но ведь вся эта ложь во благо, верно? И отныне наша жизнь будет прекрасна. Бокалы наполнились вином, и прозвучал тост:
– За нас! Пусть всё будет хорошо!
– За нас! Люблю тебя, Костик.
– Тоже люблю тебя, Жаннет.
Мы замерли, словно два заколдованных человека. Глупейшая оплошность осозналась не сразу. Когда же это случилось, то я начал пристально наблюдать за реакцией Жанны и готовился к абсолютно любым последствиям. Немного погодя, она всё-таки отпила вино из бокала и аккуратно поставила его на стол. Не переводя взгляд и не моргая, она воспользовалась салфеткой, прислонив её к своим пухлым губам. На доли секунды я отвёл глаза, а когда вернул их в исходное положение, взгляд Жанны уже был таким же стеклянным, как взгляд Жаннет в мгновения, когда вечерами её выпроваживали спать грубостью. Через миг она чихнула. У меня задрожали руки. Жанна чихнула ещё дважды. Я поставил вино на стол. Она извинилась, встала и пообещала скоро вернуться. Скрылась из виду торопливым шагом. Я допил остатки вина одним глотком, тут же наполнил бокал до краёв и выпил залпом. Начал смотреть в окно и старался дышать глубже. Через некоторое время, будто бы против желания, моя голова повернулась. Словно стрелка компаса, которая реагирует на магнит, она откликнулась на Жаннет и её энергетику, когда та вошла в зал. Вне сомнений – это она! Эту вальяжную походку невозможно спутать с походкой кого-либо ещё. Девица неторопливо шла, поглядывая по сторонам. Мы так и не установили зрительный контакт до того момента, пока девушка не села обратно за наш столик.
– Константин, ты тут как? Не заскучал? – её взгляд был снова живым и игривым.
– Я скучал, – вырвалось у меня.
– Старалась как можно скорее разобраться со всеми своими делами, – ответила Жаннет.
Интересно, о каких делах речь? О тех, что связаны с возвращением на голову любимой причёски? Или о тех, которыми она занималась в своём вымышленном мире, пока со мной находилась Жанна?
– Как поживаешь?
Жаннет по-театральному подняла одну бровь. Обожаю, когда она редко-редко так делает. И если этот вопрос каждый раз будет вызывать такую реакцию, совершенно точно начну задавать его чаще.
– Мы же с тобой в роскошном ресторане, трапезничаем вкуснейшей едой. Как тут можно поживать не восхитительно?
– Да, действительно.
