- Хау! За него должен умереть другой!
- Я тоже так думаю. - Хапеда заговорил медленнее. - Вакантанка, Великий и Таинственный, позволил воинам приносить себя в жертву за другого. И… Хотя мы только дети… а он вождь…
Мальчики поднесли ко рту руки, как бы обращаясь к Великому и Таинственному, и пустились в гору, в ночной неприютный лес. А если бы они оглянулись, то увидели бы Унчиду, которая, прислонившись к дереву, печально смотрела им вслед.
Было новолуние. Хлопали крыльями совы, трещали от мороза ветки. Чем выше поднимались мальчики, тем круче становился склон, а у подножия горы журчала вода и точно звала их назад, под защиту палаток. Скрипел под маленькими ногами снег. Кусты и ветки деревьев хлестали их по лицу. Они так спешили, что несмотря на лютую стужу обливались потом. Покрытый лесом склон становился все круче и круче. Было не до разговоров и не до размышлений. И так они карабкались, пока, запыхавшись, не уткнулись в отвесную скалу. С середины ее смотрело на них черным оком отверстие пещеры.
Вначале каменная стена, поднимающаяся над вершинами деревьев, была еще как-то преодолима. Но дальше, примерно на два человеческих роста до входа в пещеру, становилась совершенно гладкой и слегка нависала.
- Сначала вскарабкаемся туда, - решил Хапеда, - а потом я встану тебе на плечи. Мы должны обязательно забраться внутрь пещеры, чтобы она встретила нас и не могла обойти. - Хапеда даже сам удивился спокойствию, с которым произнес эти слова.
Выступы скалы и сплетение кустарников вначале служили достаточно надежной опорой для ловких рук и ног. А когда мальчики добрались до трудного участка, Часке выбрал наиболее подходящий выступ и Хапеда посторонился, чтобы дать ему возможность потверже встать. Затем Хапеда залез другу на плечи, но все равно не смог дотянуться до входа в пещеру.
- Я приподниму тебя, - предложил Часке.
Он подставил Хапеде руки, а когда тот встал на его ладони, поднял. Хапеда достал на этот раз выступ у входа в пещеру. Он крепко ухватился за него и повис, а Часке вскарабкался по нему наверх. За ним и Хапеда подтянулся рывком, оперся на руки и тоже пополз во тьму пещеры.
Камень был влажным, и пахло сыростью. Снаружи было холоднее: казалось, пещера дышит теплом, как человек. Диковинные каменные горбы и столбы как будто вырастали из пола. Мальчики пошарили вокруг руками, и оказалось, что такие же столбы спускались и сверху. Это было что-то необыкновенное. Хапеда опустился на корточки и прислушался. Пещера не только дышала, у нее был и свой голос. Далекое журчание, нежное и обольстительное, как прекрасная песня неведомого чудовища, заманивающего свою жертву, доносилось из темноты.
- Может быть, это просто вода? - негромко сказал Хапеда и в испуге замолк: голос его прозвучал необычно гулко.
Часке не ответил. Братья теснее прижались друг к другу и некоторое время посидели так.
- Теперь пойдем туда, вглубь. Я хочу узнать - вода это или нет? - еле слышно прошептал Часке.
Хапеда поднялся, и друзья, поддерживая друг друга, двинулись вперед. Дно пещеры постепенно понижалось, и мальчики шли все глубже и глубже внутрь горы. Их окружала кромешная тьма. Звонкое журчание усиливалось. Оно становилось все громче и громче и наконец превратилось в оглушительный шум.
- Вода! - крикнул Часке во весь голос.
Мальчики остановились. Они нагнулись и погрузили руки в быстрый поток. По-видимому, он врывался в пещеру справа и исчезал слева, срываясь в бездну. Осторожно ступая, мальчики отважились перейти стремительный поток. Теперь пол пещеры круто поднимался перед ними и им пришлось помогать себе руками. Темная галерея, казалось, не имела конца. Но вот подъем стал отложе. Шум потока не был так оглушителен.
- Остановимся! - тихо сказал Хапеда, и голос его опять прозвучал отчетливо и громко: видимо, пещера стала выше и шире.
Продолжая двигаться ощупью, мальчики установили, что находятся у выхода в большой зал. Они обошли его, ведя руками по стенам, и обнаружили, что сюда ведут еще три галереи. Они вернулись к первой, найдя ее по замеченным на ощупь камням.
- Остановимся тут, где галерея сливается с залом. Здесь Медведица непременно пройдет, если захочет выйти, - прошептал Хапеда.
- Хау.
Мальчики присели. Тишина и темнота снова давили на них. Карабкаться было легче, чем неподвижно сидеть и ждать.
- А если она совсем не придет? - наконец спросил Часке.
Хапеда не ответил. Он уже привыкал к мысли, что у них ничего не получится, и настолько смирился с ней, что невольно вздрогнул, будто его коснулась вражеская рука, когда на фоне еле-еле слышного далекого шума воды раздался новый незнакомый звук. Может быть, он ослышался? Мальчик прислушался и почувствовал, как на его плечо опустилась рука Часке.
- Она!
Друзья поднялись и встали перед входом в галерею. Она не пройдет!
