«Какая весёлая игра!» – радовался он и в пятый раз вытаскивал из чемодана аккуратно сложенные мамой вещи. А почему в эту коробку не положили его любимую игрушку? И щенок укладывал поверх папиных футболок слюнявую и погрызенную тапку, которую в первый день на новом месте обнаружил под кроватью.
– Чипсик, тебе понравится дома, – в возбуждении шептал Сашка. – Будешь жить в моей комнате! У меня как раз коврик есть подходящий – с динозаврами. А когда я буду в школе, а родители на работе, станешь охранять нашу квартиру.
Щенок непонимающе чесал лапой за ухом. О чём он говорит? Дома? А разве это был не дола? Поэтому, когда приехала вызванная машина и Чипсика попытались впихнуть внутрь вместе с бесчисленными сумками и чемоданами, он неожиданно заартачился. Это что ещё за новости? Никуда он не поедет и Сашку тоже не отпустит! Щенок испуганно прижался к Сашкиной ноге и тихонечко заскулил.
– Ну чего ты, глупенький? – мальчик бережно взял друга на руки. – Мы тебя в обиду не дадим! Мы же тебя не можем здесь оставить… Мы все вместе домой летим – на самолёте!
Но всю дорогу до аэропорта Чипсика не покидало тревожное предчувствие. Море, так полюбившееся ему в последнее время, то мелькало в окне машины, то надолго пропадало за деревьями. И вскоре совсем скрылось из вида. Вместе с рынком, где щенок частенько тягал у зазевавшихся продавцов куриные потрошки и рыбьи головы. Вместе с курортным кафе, где продавали самые вкусные в этом городе хотдоги. Вместе с лысым Тузиком – единственным существом, с которым он был дружен до встречи с Сашкой. Прощай, море! Прощайте, хотдоги! Прощай, котопёс!
Чипсик старался сдержать дрожь, но всё равно трясся всем телом. Он доверял своему другу, его большим и надёжным родителям, но чувствовал, что вокруг него всё меняется. В его привычный мир постепенно проникали чужие запахи, толпы незнакомых людей и пронзительный нарастающий вой, от которого хотелось спастись бегством.
Это громко выли большие самолёты на взлётной полосе.
– Не дёргайся, пожалуйста! – успокаивал Сашка вырывающегося из рук щенка. – Мне и так тяжело! У меня же ещё рюкзак!
Мальчик и в самом деле набил полный рюкзак красивых гладеньких камушков с пляжа, которые никак – ну просто никак! – нельзя было оставить.
– То ли дело мне! – пытался шутить папа. – Я почти налегке!
Папа катил за собой два больших чемодана, а на плече нёс огромную сумку с сувенирами и местными деликатесами. Мама отвечала за документы, за пакет с перекусом и за то, чтобы Сашка с Чипсиком не затерялись среди пассажиров.
Киселёвы благополучно сдали багаж, прошли регистрацию. Потом объявили посадку на их рейс, и они поспешили в зону вылета. Толпа загоревших, а местами даже обгоревших людей бойко продвигалась к стойке, где проверяли посадочные талоны.
Сашка смотрел под ноги, стараясь не споткнуться о чужую ручную кладь и не уронить Чипсика, поэтому не заметил, как подошла их очередь.
– С собакой нельзя!
Голос прозвучал так безучастно, что мальчик сперва даже не уловил смысла этих слов. Мало ли, кто что сказал!
– Как нельзя? – опешил папа. – У нас же все документы на неё есть. И прививки! Мы даже билет ей купили. Вот, посмотрите, пожалуйста.
– Собакам в салоне самолёта полагается находиться в клетке! – тётенька-служащая посмотрела на папу с жалостью, как на маленького. Так, словно абсолютно все вокруг знали эту очевидную истину, и только он, Сашкин папа, оказался таким несмышлёным.
– В какой клетке? – вмешалась мама. – Он же не дикий зверь, а милый домашний пёсик. Очень компактный!
Милый домашний пёсик, сидящий у Сашки на руках, обнажил зубы и зарычал.
– Женщина, не скандальте! Правила есть правила! – тётенька продолжала дежурно улыбаться. – Без клетки собаку на борт не пущу!
– Но где мы найдём клетку за пятнадцать минут до вылета? – взвыл от отчаянья папа.
– Извините, ничем не могу помочь. Обратитесь в информационный пункт! – служащая пожала плечами и принялась проверять билеты у следующих пассажиров.
– Папа… – еле слышно позвал Сашка. Папа не отвечал. Он яростно теребил ворот футболки, будто задыхался. По лбу у него ползла капелька пота. Мальчик никак не мог отвести взгляд от этой капельки и всё ждал, когда же она наконец упадёт.
– Папа…
– Сейчас что-нибудь придумаем! Стойте здесь! – папа ткнул пальцем куда-то в сторону кресел и убежал.
Мама даже возразить не успела, а Сашка ещё сильнее прижал Чипсика к себе. Он не до конца понимал, что происходит, но чувствовал, что это что-то плохое, неправильное, несправедливое…
– Пожалуйста, не задерживайтесь, проходите на посадку, – торопила тётенька-служащая. Толпа перед стойкой постепенно редела, и вскоре Сашка с мамой остались почти одни.
– Через пять минут посадка будет окончена! – тётенька невозмутимо смотрела на них в упор, словно не догадываясь, почему они нерешительно топчутся на месте.
– Ну где же он? Где он? Где? – шептала, как заведённая, мама. Наконец, вдалеке Сашка увидел папу, бегущего по залу аэропорта. В руках у него ничего не было.
