Аэропорт, как всегда, бурлил событиями, встречами, разлуками, переживаниями. Люди стояли в очередях, бежали со своими сумками, теряли на ходу панамки, налетали друг на друга или, наоборот, неспешно пили кофе в ожидании своего рейса. Рабочий с противным треском обматывал плёнкой чей-то багаж. Группа иностранцев громко спорила на своём родном языке. Почти никто не обращал внимания на маленькую собачонку, робко обнюхивающую безликие чемоданы. К сожалению, ничем съедобным от них не пахло. В лучшем случае, духами и стиральным порошком, в худшем – грязными вещами, скопившимися за время отпуска.
– Ой, какой славный… – над Чипсиком склонилась девушка-стюардесса в красивой синей форме. – Ты чей, дружок?
Щенок испуганно дёрнулся.
– Не бойся, я тебя не обижу! – девушка приветливо улыбнулась. – Ты потерялся? Дай-ка я гляну, есть ли у тебя ошейник.
Но Чипсик не спешил даваться ей в руки. Стюардесса прищурилась, пытаясь рассмотреть, что повязано у него на шее.
– Это что? Какая-то ленточка? От твоего хозяина, да? Ты, наверное, голодный?
Чипсик коротко тявкнул. Он пытался вложить в это своё единственное «уав» очень многое, чтобы эта любопытная дамочка поняла раз и навсегда. Что шнурок, подаренный Сашкой, гораздо лучше любого ошейника. Что он теперь не бродяга, а почти породистый домашний пёс. Что его здесь не бросили, а оставили на время. И завтра – слышите? – уже завтра он будет лежать на мягкой подстилке в своём новом доме и грызть специально для него купленный собачий корм. А пока, да, он очень голодный и готов проглотить хоть целую железную птицу со всеми её потрохами! Но засохшая печенюшка тоже вполне подойдёт…
И как ни странно, молоденькая стюардесса его поняла. Она печально вздохнула, пошуршала чем-то в своей спортивной сумке, накинутой через плечо, и достала бережно завёрнутый в фольгу бутерброд.
– Вот… Прости, дружок, больше ничего нет. Несладко тебе здесь одному, да?
Тут девушку кто-то позвал, она отвлеклась. А когда вновь обернулась, его уже не было. Только помятый кусочек фольги остался лежать на полу…
Легко сказать – жди! Но день, кажется, тянулся бесконечно. Щенок поспал ещё немного, потом увязался за каким-то упитанным работником аэропорта, от которого сильно пахло борщом. Вдруг он приведёт его к столовой? Толстяк сперва долго петлял по служебным коридорам, а потом внезапно открыл дверь, за которой оказалась взлётная полоса…
У-у-ух! Тут, как нигде ранее, ощущался дух свободы, невероятный простор. Поток ветра от разогнавшегося самолёта подпихнул щенка под лапы так, что тому показалось – он сам сейчас взлетит. А может, ну его – этот дом? Может, его судьба – быть бродячим псом?
Чипсик тихонечко потрусил по разгорячённому асфальту. Сперва он бежал робко, поджав хвост, но потом осмелел, оживился… Даже непрекращающийся гул в небе уже перестал его пугать.
Щенок бежал и бежал. Куда? Он сам не знал! Но ему впервые за сегодняшний день было хорошо-о-о-о-о-о…
Полёт его мыслей прервал оглушительный лай.
– Смотрите, чья эта шавка на поле?
– Надо его пугнуть! – охранник аэропорта направился к Чипсику, еле сдерживая рвущихся с поводка двух разъярённых овчарок. Ррр-ав! Ррр-ав! Какой-то плюгавый щенок пробрался в их владения? Ну ему сейчас не поздоровится!
Сердце малыша рухнуло в кончик хвоста и вместе с ним заметалось от страха. Чипсик закружился на месте, пытаясь спрятаться, потом развернулся и изо всех сил помчался обратно, в приоткрытую дверь здания аэропорта. Где-то за спиной продолжали рычать служебные псы, но оборачиваться было слишком страшно.
В тёмном коридоре Чипсик перевёл дух. Хватит с него приключений на сегодня!
Скорей бы уже наступило завтра!
Прошло три дня. Три невероятно долгих дня, наполненных тоской и недоумением. Где же ты, Сашка? Что с тобой, друг? Сашка, ты помнишь, я люблю тебя?!
Собаки не умеют плакать слезами, зато умеют плакать сердцем. И хорошо понимают чужую боль…
– Это снова ты? – девушка-стюардесса всхлипнула и промокнула салфеткой глаза. – А я думала, что никогда больше тебя не увижу. Тебе тоже плохо, да?
Чипсик осторожно подполз поближе и неловко ткнулся девушке под коленку.
– Пришёл спасибо сказать за бутерброд? А у меня вот ещё что есть.
Стюардесса стала доставать из сумки одно за другим невиданные угощения – жареную куриную ногу, божественно пахнущий пирожок с фаршем, даже термос с горячим бульоном… Хотя он как раз заинтересовал щенка меньше всего.
Не дожидаясь повторного приглашения, оголодавший Чипсик жадно набросился на еду. Девушка улыбнулась:
– Всегда бы так, да, дружок? А у меня так всегда… У тебя нет дома, а у меня его слишком много…
Щенок взглянул на собеседницу с недоумением.
