Каток — это, может быть, самое волшебное воспоминание детства. Стадион «Локомотив» был прямо рядом с нашим домом в Куйбышеве — только дорогу перейти. И вот падают крупные снежинки, невероятные какие-то, на поле залит лед, горят фонари. Мы привязываем к валенкам коньки — тогда же никаких ботиночек не было — и по кругу, по кругу… стайками, парами, много народу. От тех времен во мне навсегда осталась музыка катка: «Догони, догони! Ты меня не догонишь», «Домино, домино…». Или в исполнении Аллы Йошпе «Осенние листья шумят и шумят в саду и незнакомой тропою я рядом с тобой иду…». Или вот нежнейшая Виктория Иванова: «Хорошо, когда снежинки падают и от них светлее все вокруг. Хорошо, когда тебя обрадует твой любимый, твой давнишний друг..». Изумительные песни были, все такие теплые. Эта музыка долетала даже до нашего двора, разносилась по улице. А мы катались, катались, катались по кругу! И Валерка Новиков ухаживал за мной. А что значит ухаживания на катке? Это — догнать тебя, подшибить, чтобы ты шлепнулась, «Мой любимый, мой давнишний друг» так меня удачно подшиб, что случайно проехался коньком по моей руке. А я даже сначала и боли не почувствовала. Мы же катались там до полного замерзания, на шароварах сосульки образовывались такие, что их приходилось сбивать. И варежки в сосульках, и валенки. Ну, вот я промерзшая, с этой рукой прихожу домой и помню, что даже не испугалась. А еще помню удивительное папино спокойствие. Наверное, он нервничал. Наверное, он боялся за меня, но внешне абсолютно ничего не показал: «Ну, не страшно, не страшно. Сейчас промоем под рукомойничком, перевяжем, а завтра в поликлинику». И промыл, и перевязал. Все так спокойно, и ни одного слова плохого про моего «ухажёра». А мне не больно — рука-тo замерзшая. Прямо — природная анестезия. На следующее утро пошли к хирургу, он наложил пять швов, порадовался, что хоть сухожилие не перерезано. До сих пору меня эти швы остались — память о Валерке Новикове.
Все мои хулиганы жили в Запанском районе, по другую сторону вокзала. Наш «культурный» район и их «бандитский» соединял мостик над железной дорогой. Кстати, я туда бегала на производственную практику от школы. Одна ходить боялась, втроем с девчонками. И даже корочку получила, что я «химик-лаборант». Только ничего не помню. Вот всплывает иногда слово «тигель» или, скажем, «спектральный анализ» — и все. Не знаю, где Валерка Новиков сейчас, интересно даже. Длинный был, долговязый.
