Когда я вышла из душа, началась очередная пытка — Гранд пытался уложить меня в кровать, а не на пол. Даже за руку схватил, и уж тут я закричала в голос, потому что к физическому контакту катастрофически не готова. Да еще снова выстирала вещи, и на мне только тога личного дизайна. К слову, вещи хозяйки дома мне предложили, но размер никак не подошел. Больше моего в два раза.
На кровати спать удобнее, это факт. Но я не могу лечь в постель, где мы спали вместе. Не сейчас. Даже если Гранд будет спать на полу.
Я хочу отгородиться от него, от его внимания. Он — ключ к спасению, лазейка, ведущая к свободе, но не больше. Я оттолкнусь от него и вернусь домой. Сейчас мне очень трудно рядом с ним, труднее, чем было в первый день похищения, потому что я должна ему доверять. То и дело мыслями возвращаюсь на пятнадцатый этаж. Былые шрамы ноют, напоминают о поруганном доверии. Поэтому, оттолкнув Гранда, я устроилась на полу.
— Я все решу, Алена. Прими это как данность и думай только о хорошем, тогда сможешь заснуть.
— Я и так сплю.
— Нет, ты не спишь, а думаешь. Я слышу, как скрипят шестеренки в твоей несуразной голове.
— Только твоих галлюцинаций нам и не хватало!
— Ты пытаешься решить, доверять мне или нет. Не старайся, не заставляй себя. Вообще не думай ни о чем плохом, включая меня. Знай, что скоро ты будешь свободна, и все. Думай о будущем.
Его уверенность, его слова раскрыли внутри меня источник тепла. Приятного, жидкого, которое разливается по телу, предвосхищая наступление сна.
А еще это был голос с пятнадцатого этажа, которому я однажды поверила.
— Умри, Гранд! — пробурчала сонно.
И заснула.
При этом спала на удивление глубоко. Проснулась затемно, в постели, упрямый Гранд перетащил меня туда. И как решился нести такую ношу? Наверное, потому-то я так глубоко и спала, что он меня пару раз уронил. Или волок за ногу по ковру, ударяя головой о мебель.
Кстати, где он? Пошарила в постели — пусто. Прислушалась к дыханию… спит на полу рядом с кроватью. Идиот! Только наступить на него не хватало!
Свесилась с кровати и наощупь нашла его лоб. Горит.
Гранд вскрикнул и схватил меня за запястье, и я чуть не грохнулась на него сверху. Вот это было бы убийство! Попробуй докажи невиновность!
— Тшш… Александр, это я!
— Что случилось? — сел, удерживая меня за руку.
— Ты горишь!
— Я не только горел, но и спал, а ты меня разбудила! — ворчит.
— Почему у тебя опять поднялась температура?
— хрен знает. Она тебе что, мешает? Не трогай меня, и не будет температуры.
— Голова болит?
— Немного.
Изумляю себя следующим вопросом.
— Гранд, ты ведь не умрешь, правда?
Он помолчал, потом сжал мою руку и погладил запястье большим пальцем.
— Алена, почему ты проснулась? Тебе стало страшно, да? Поэтому ты меня искала? — спросил хрипло.
Да, мне страшно. Да, я хочу, чтобы он обо всем позаботился и защитил меня, потому что одна я не справлюсь.
Но я не признаюсь в этом даже под угрозой смерти.
— Я проснулась, потому что скоро утро.
— Сейчас середина ночи.
— Это одно и то же. Я тебя не искала, просто… случайно нашла.
Гранд не отпустил мою руку, сжал чуть сильнее.
— Ничего не бойся! Во-первых, известно, что мы с тобой уехали вместе, об этом даже в газетах писали. Во-вторых, Лоренс знает, что ты здесь. Если я умру, он тебя вытащит.
— В таком случае можешь умирать! — я выдернула руку и отвернулась.
— Спасибо, я как раз ждал твоего разрешения!
— Прими жаропонижающее, а? От тебя в комнате жарко.
Гранд включил свет в ванной и принял лекарство.
— Я нормально себя чувствую, только озноб и мышцы болят. Голова уже лучше, рана, кажется, затянулась… не видно в зеркале… но я уверен, что все в порядке.
Вздохнув, я зашла следом, чтобы осмотреть его голову. Он поколебался, потом сделал приглашающий жест.
Рана действительно выглядит намного лучше.
— М-да… вот ты опозоришься! — усмехнулась я. — Пережил нападение, черепно-мозговую травму, восстановился без медицинской помощи, а потом сдох от простуды.
— Это не простуда! — дернулся Гранд.
— Представляешь, какой позор: весь мир узнает, что великий Александр Гранд умер от насморка.
— У меня нет насморка! Да и вообще, я отлично себя чувствую.
Бледный, как снег, качается от слабости и врет, не смущаясь. Отлично себя чувствует, видите ли. Он так решил!
— Конечно! Завтра утром отправимся на пробежку.
— Я в порядке!
— Ты упрямый, как осел. И ребенок. Маленький.
— Грудной? — осклабился, показывая взглядом на мою грудь под полупрозрачной тогой. Вроде шутит, но глаза серьезные. — Почему ты проснулась? Еще рано. Ты устала и плохо выглядишь.
— А ты завидный красавец! Я проспала полдня и полночи, больше не хочу.
— Голова болит?
— От твоей навязчивости, да.
— Сейчас примем лекарство… подожди секунду, я сполосну стакан. Ляг, Алена, тебе надо набираться сил…
— Гранд!
— Что?
— Пожалуйста, прошу тебя… — начала жалобно. Наклонилась к его лицу так близко, что он моргнул от удивления.
