– Тася пригласила в гости, – сказала я первое, что пришло в голову. – У нее вечеринка какая-то будет.
– Ну-ну, – покосился Митька, подходя к окну. В комнату заглянула Пуговка. Брат тут же поморщился от собачьего запаха. Но Пу гордо прошествовала к Мите и, будто специально, улеглась к нему в ноги.
– Что «ну-ну»? – тут же нахмурилась я.
– Будто я тебя не знаю… К Тасе она, конечно!
Я устало села на кровать с футболкой в руках, которую только что достала из шкафа.
– Да, Мить, я сбегаю, – призналась я. – Я устала. Столько всего навалилось… Не могу сидеть в этих стенах. Они мне осточертели. Нужно сменить обстановку.
Митя молчал, ожидая, когда я продолжу.
– Андрей с Игорем из-за меня подрались, – призналась я.
– Игорь вернулся? – оживился Митька.
Я поморщилась:
– Ага, вернулся. И теперь у него нос расквашен…
– И ты, конечно, винишь во всем себя? – прищурившись, решил уточнить Митя.
– Есть такое, – нехотя согласилась я. – Ну не прям во всем… Просто они ведь до этого ни разу…
Я запнулась. «С нами такое впервые… Поэтому я не знаю, как себя вести, – говорил на берегу Андрей. – Все это сложно объяснить». Как оказалось, действительно все сложно. Я вот и до Митьки не могла это донести…
– Вы с Таней гуляли под дождем? – спросила я, оглядывая с ног до головы мокрого брата. – Очень романтично.
– Ты тему-то не переводи, – покраснев, сказал Митя. – Не думаю, что сбегать сейчас – лучшее решение. Ну поссорились они так сильно впервые. Так помирятся же. Все-таки родные братья.
– Точно, – откликнулась я. – Скажут: мы подрались из-за какой-то девчонки… Кошмар! Не стоит она того.
– Это ты сейчас сама додумываешь, – усмехнулся Митька.
– Пусть, – согласилась я. – Ты просто не слышал, что говорил про меня Игорь. Но и такое ведь возможно. Со всеми этими ужасными событиями я теперь, похоже, всегда буду настраивать себя на худший исход.
– Ну и дура! – отозвался Митя.
– Сам дурак, – привычно ответила я, застегивая рюкзак.
В тишине раздался звук будильника. Я тут же открыла глаза. Прислушалась. Дождя больше не было. Отплакал свое. Я быстро встала с кровати. Задерживаться нельзя. На цыпочках вышла из комнаты. Внизу почистила зубы, переоделась из своей розовой пижамы в джинсы и футболку. Вернулась в комнату за собранным рюкзаком. Сейчас на улице наверняка прохладно, еще и после такой грозы… Осторожно открыла шкаф, чтобы достать легкий плащ, который изначально брать с собой не планировала. Кажется, за все лето он мне понадобился впервые… Конечно, я не была бы собой, если б не задела несколько пустых плечиков, которые теперь висели без моих нарядов. Те, в свою очередь, с глухим грохотом приземлились на дно платяного шкафа. Я зажмурилась. Так можно Митю поднять. Хотя обычно его не добудишься…
– Ты чего так шумишь? – все-таки проворчал сонно Митька.
– Прости! – прошипела я, натягивая плащ.
– Помнится, ты говорила, что никогда не поднимешься на первую электричку… – продолжил ворчать брат.
– Никогда не говори «никогда».
Митя, печально вздохнув, поднялся с кровати.
– Ты куда? – удивилась я. – В туалет?
– Тебя провожу до станции, – сообщил Митя, натягивая джинсы. – А то потащишься сейчас одна в потемках через лес…
– Да уж скоро рассветет, – вяло возразила я. Хотя мне было приятно, что Митя беспокоится о моей безопасности.
– Ты ж такая «счастливица». По дороге еще в какую-нибудь канаву свалишься.
– Вот это вполне возможно, – улыбнулась я.
– Посажу тебя на электричку, тогда буду спокоен, – заявил Митя.
Мы вышли из дома. На улице правда похолодало. Было уже светло и очень тихо. Пуговка, конечно, собралась на утреннюю прогулку вместе с нами. Митька прицепил к ошейнику Пу поводок.
– Если она сейчас начнет шляться по всем мокрым кустам, которые встретятся нам на пути, то точно на электричку опоздаем.
– Утро пахнет дождем, – сказала я, застегивая плащ. Посмотрела на брата и рассмеялась: – У тебя из макушки перо торчит.
Я поднялась на носочки и потрепала брата по взъерошенным после сна волосам.
– Ничего страшного, – проворчал Митька. – Давайте в путь-дорогу. Как говорится у нас в Николаевке, пошинковали.
Я негромко рассмеялась. Выйдя за калитку, оглянулась на нашу голубую дачу. Затем посмотрела на соседний дом. Тихо. Все спят…
До станции мы с Митей дошли без всяких происшествий. Никто в канаву не угодил. Только ноги промокли из-за мокрой высокой травы.
– Мить! Если Андрей… или Игорь будут спрашивать, когда я вернусь, скажи, что не знаешь. Я тебе не говорила, – предупредила я брата перед тем, как зайти в вагон.
– Но я правда не знаю, – пожал плечами Митька.
– Потому что и у меня нет ответа на этот вопрос, – грустно улыбнулась я.
