Светлана Удалова была одной из самых красивых девушек, работающих вместе с Одинцовым. Она была среднего роста с белокурыми волосами и большими, голубыми глазами. Ей было двадцать четыре года, но её девичья фигурка сохранила прелесть юности и вызывала со стороны окружающих волнующие взгляды и заинтересованность. Было у Светланы немало ухажёров и предложений от них, но ни одно не нашло ответа. Она расцветала и цвела, ожидая своё неповторимое, единственное счастье. Кажется, Одинцов мог бы приблизить его, но после своей первой неудачной любви он не только сам не смотрел на девушек, но и не давал повода обращать на себя внимание. Работа и увлеченья полностью отвлекали его от сердечных дел. Тем не менее, Светлана заметила его и долго ждала того дня, когда сможет громко назвать его Стасиком и прикоснуться к его руке. И вот, наконец, это произошло.
–Я, конечно, не возражаю и буду рад, если тебе это доставит удовольствие.
–Сегодня чудесная погода и тебе полезно подышать свежим воздухом.
Они вышли на улицу и вместе направились в сторону парка.
–Это правда, что ты мог бы оставить работу?
–Не знаю пока, но я не люблю, когда меня обвиняют несправедливо. Может быть, я бы и ушёл, да жаль бросать начатое дело.
–Скажи, Стасик, у тебя какая-нибудь неприятность?
–С чего ты взяла? У меня всё в порядке.
–Ты в последнее время стал рассеянный. И вид у тебя далеко не цветущий.
–На меня плохо действует хорошая погода.
–Не шути, Стас. Может быть, тебе чем-нибудь помочь?
–Помочь? Чем же ты можешь помочь? Своим состраданием?
–Ты напрасно отказываешься от доброй услуги. Когда рядом хороший друг, всегда легче, – Удалова знала, что Одинцов имеет свои странности и догадывалась, что в последнее время он увлечён каким-то делом.
Анастасу стало приятно от таких слов и он на секунду допустил мысль:
«А что, если действительно, взять её в помощницы? Она неплохо делает чертежи и работает с паяльником… Нет, нельзя её посвящать в это дело… . А если не говорить ей о конечной цели? Пусть делает только отдельные узлы, так быстрее работа пойдет и мне будет легче».
–Почему ты молчишь, Стас? О чём думаешь?
–Хорошо, Света. Если ты, действительно, хочешь мне помочь, я с удовольствием приму твою услугу, только с одним условием.
–Каким условием? – глаза Светланы загорелись интересом и надеждой на то, что она сможет быть рядом с Анастасом без посторонних взглядов.
–Ты не будешь ни о чем спрашивать меня и никому не обмолвишься словом о нашей работе, – Анастас на миг остановился и посмотрел в глаза своей спутницы.
–Условие принимаю. Буду нема, как рыба, – с радостью согласилась Светлана. Теперь её влекли не только возможность находиться рядом с Одинцовым, но и обыкновенное женское любопытство.
–Значит принято. Если сможешь, приходи завтра ко мне после работы, – Анастас не хотел сегодня показывать свое хозяйство. Он должен подготовить для неё дело, чтобы не возникло никаких догадок о направлении и цели работ.
–Почему завтра? Я и сегодня готова помочь тебе.
–У меня сегодня другие планы, – соврал Одинцов, чтобы сразу прекратить все попытки Светланы добиваться сегодняшней встречи.
–Ну, хорошо, завтра, так завтра.
Погуляв ещё несколько минут, они расстались. Каждый был доволен результатами первого свидания. Светлана счастлива оттого, что, наконец, лёд тронулся и она сможет теперь бывать наедине с Анастасом. Хоть это и деловые встречи, но, кто знает, чем они закончатся. Одинцов ощущал радость потому, что у него появилась возможность ускорить изготовление своего аппарата, да и что греха таить, ему льстило ласковое обращение и отношение самой красивой сотрудницы. Он не строил насчёт неё никаких личных планов, но в душе где-то таилось приятное ощущение.
В весёлом настроении подходил он к своему дому. Вдруг, откуда ни возьмись, бросилась к его ногам собака и начала кружиться возле него, словно ужаленная. При этом она издавала непонятные звуки, что-то среднее между лаем и собачьим визгом. Одинцов любил животных, но такое неожиданное появление и совсем непонятное поведение незнакомого пса привели его в недоумение.
Тем временем Тузик, как нетрудно догадаться, это был он, постепенно успокоился и, издавая редкие звуки, лёг перед Одинцовым и пристально уставился ему в глаза.
–Что ты хочешь, собачка? Как тебя зовут? – Одинцов попытался погладить её по шее, но Тузик резко вскочил и начал лизать его руку. Не ожидавший такого поворота дел, Одинцов отдернул её.
–Ты что, тоже набиваешься ко мне в друзья? Или в помощники? Вот так денёк сегодня. Сразу столько друзей!
Тузик, услышав слова Одинцова, принялся издавать негромкий лай вперемежку с рычаньем. Можно подумать, что он пытается что-то говорить или даже произносить целую речь. Конечно же, он бурно выражал своё согласие быть другом Одинцова. Он улавливал его мысли, он его слышал. Тузик принял Одинцова за Иллиана в образе человека и не мог понять, почему тот его не узнает.
–Ну, хорошо, хорошо, ты умный пёс, только угостить мне тебя нечем. Иди своей дорогой и не обижайся на меня.
