— Нет, не понимаю, — честно отвечаю. — Мы уже виделись днем в университете, если ты забыл. И вчера тоже. И позавчера. Сергей, с тех пор как мы встретились четыре дня назад, наши встречи больше нельзя назвать случайными. Это кажется странным: видеть тебя каждый день. Мы ведь с тобой даже не друзья!
— И что же? Это легко поправимо.
— Не думаю. Да, я уже не ребенок, но все равно не понимаю. Для внезапной симпатии все слишком быстро и активно. Мы не знали друг о друге пять лет и твое нечаянное внимание…
— Не совсем нечаянное, Настя. Марина рассказала, что ты вернулась.
— Вот как? — я не могу сказать, что сильно удивлена. Хотя разговор обо мне, прозвучавший в доме Воропаевых, кажется почти невероятным. — Твоя сестра очень старалась не узнать меня. Так убедительно, что у нее почти получилось.
— Да, — Сергей смеется. — Не стану врать, что она обрадовалась твоему возвращению, а вот я был рад узнать, что ты снова в городе. Разве в нашем школьном прошлом я не показывал, как ты мне нравилась?
А вот теперь я действительно удивляюсь, пусть и не заламываю картинно брови и не прячу смущенно рук. Зато позволяю себе улыбнуться.
— В какой именно раз показывал, Сергей? Когда называл жалкой, уговаривая пойти в кино? Или когда приглашал прогуляться на Зимнем балу темной школой?
— Настя, ну зачем ты вспоминаешь. Это было так давно, что я успел забыть. Лучше возьми, это тебе! — он открывает дверь машины и достает цветы. Поймав мою руку, вкладывает букет в ладонь, сжимая пальцы. — Смотри, такие же нежные и красивые, как ты.
Цветы действительно красивые и наверняка дорогие. Мне хочется отступить, но руки парня держат возле себя крепко.
— Нет. Сергей, я не могу их взять.
— Ну что ты такая колючая. Почему?
— Потому что не вижу причины. У меня сегодня не день рождения и у нас не свидание. Это очень красивые цветы, лучше подари их другой девушке.
Вряд ли в обычной жизни я так же упряма, но Сергей Воропаев не вызывает у меня никаких приятных чувств. И цветы от него принимать совсем не хочется. У парня дорогая машина, он хорошо выглядит и модно одет, но не о нем сейчас мои мысли, вовсе не о нем.
— Настя, ты мне нравишься, и я хочу подарить их именно тебе. Иначе просто брошу на дорогу. Ты же не думаешь, что я из тех, кто будет передавать букет девушкам из рук в руки, как вымпел победы, пока не найдет достойную? А про свидание… Я с удовольствием приглашаю тебя куда-нибудь сходить. Ты не спешишь? Мы можем заехать в кафе. Или погулять по городу… для начала.
Он продолжает держать меня за руку, словно боясь, что я сбегу.
— Для какого начала, Сергей? — мне стоит усилий, чтобы освободить запястье. Я снова поднимаю к нему лицо. Он смотрит, не моргая, словно запоминая, и мне это совсем не нравится. — Кажется, ты меня совсем не слышишь. Хорошо, отвечу яснее. Я не свободна для новых отношений. Ни сегодня, ни завтра. Никогда, понимаешь?
Его брови хмурятся.
— Ты… замужем?
— О Господи! Конечно, нет! Просто я…
Но Сергей легко перебивает, не очень искренне смеясь.
— Хорошо, понял! Я действительно тороплю события. Извини, Настя. Забыл, что ты всегда была пугливой.
Вот теперь он отступает на шаг, давая мне свободу.
— Это не так, — пробую я протестовать. — Пугливой меня сделал этот город и люди. Я не всегда была такой!
— Тем не менее, — настаивает парень. — Это ведь он — Стас, предупредил тебя насчет меня? Поэтому ты снова осторожна? Помнишь, как ты боялась со мной заговорить? Просто постоять в стороне? А мне хотелось, чтобы ты говорила. Чтобы смотрела. Не на него, на меня. Я-то знал, как он тебя ненавидел.
Неожиданное признание. Как внезапное дежавю, окунувшее в прошлое.
— Сергей, ты ошибаешься. Стас тут совершенно ни при чем, и неважно, что и когда он ко мне чувствовал.
— Не думаю. Вы ведь по-прежнему живете в одном доме, да, Настя? Мы с ним не очень ладим последние годы, наверняка ты в курсе.
— Нет. Я редко вижу Стаса.
Я стараюсь держаться отстраненно и собранно, но парень слишком внимательно смотрит, чтобы не заметить промелькнувшее в моих глазах отчаяние, измучившее меня в последние дни.
— Значит, не свободна, говоришь, — повторяет, закусывая губы, стирая с лица улыбку. Делает паузу, не отрывая от меня острый взгляд. — Когда я узнал, что ты вернулась, я подумал было, что вы вместе. Спросил Маринку, но та разревелась и не захотела о тебе говорить. Дура. Сколько можно по Фролову страдать, ничему ее жизнь не учит. Такие, как он, никогда не останавливаются.
— А ты, значит, обещаешь хранить верность?
— Я обещаю внимание и защиту, а это немало.
— Да ну! — не могу я сдержать горькой усмешки. — От кого собираешься защищать, Сергей? Мы вроде как в цивилизованном обществе живем.
— От таких, как я, — ничуть не смущается парень. — Ты красивая девушка, Настя. Мимо таких не проходят. Я всегда знал, еще с той самой первой минуты, когда увидел тебя в доме Фроловых, что однажды захочу быть с тобой. Уверен, Стас тоже это почувствовал. Ты сделала нас врагами, как только переступила порог дома мачехи, девчонка в смешном пальто. И вот теперь ты снова вернулась.
