По мале же времяни поставиша церковь теплую с трапезою во имя Пресвятыя Владычицы нашея Богородица, честного и славнаго ея Введения. Пребываше же преподобный в нощи убо на бдении в слезах, во дни же на трудех на строении монастырском, овогда на братию меляше и хлебы печаше, и воду и дрова сам на раму своею ношаше в пекарню и в поварню, и сочиво на братию варяше, и свитки на братию мыяше, и около болных работаше, и на прочих трудех безпрестани пребываше в нощи и во дни; мало же сна приимаше, стоя или седя, на ребрех же своих не опочиваше до конца жития своего; и ко всемъ имея любовь велию, к посту же убо и к труду крепокъ добре и силен. И начаша многия христолюбцы посещати преподобнаго, и много потребная подавающе на строение монастырское, и пищу подаваше доволну братии. И тако день от дне распространяшеся монастырь благодатию Христовою и молитвами преподобнаго отца нашего Герасима. Понеже убо яже слышахом о скорбехъ преподобнаго, и мало нечто написахом, и елико возмогохом, обаче же ни сие умолчано будет, еже дарует Богъ угодником своим, работающим Ему всемъ сердцем, еже сам рече Господь: «Славящая мене прославлю».[946]
Бысть убо во дни тыи у преподобнаго на послужение братии двое лошадей токмо. Мимоходящии же путем темь и украдоша те лошади и поехаша путем прочь. Приставленый же брат, много поискавъ, и не обрете лошадей. Мимоездяи же поведаша ему, яко стретиша на таковых лошадех дву человекъ, бегуще скоро от монастыря путем. Брат же оскорбися велми, хотя вследъ их гнати, но не на чем, а пешему не догнати; паче же бояся старца, без его ведома гнати. И приде к старцу Герасиму уныв, и бояся исповедати старцу. Святый же, видевъ его унывша, и разуме бывшее, глагола брату: «Брате, не скорби, ни унывай о сем. Попомни, брате, Иева праведнаго, глаголюща: „Богъ дал — Богъ и взял”».[947] Брат же, разумев, яко глагола ему о погибших, и удивися о сем, како святый уразуме, аки кто же ему поведа о том, — и паде на ногу преподобнаго, прощения прося. Святый же прости его. Брат же прошаше у преподобнаго благословения гнати за татьми. Преподобный же глаголаше: «Брате, гонящей убо бежащаго не постигнет, бежащии же гонящаго в сий час постигнут вскоре». Брат же усумнеся о сем, и не разуме, еже глагола святый, воспросити же не смеяше.
По трех убо днех по проречению преподобного бежащии они татие постигоша в монастырь на тех лошадех и, притекше к преподобному, падше на ногу его, прощения просяще, глаголя: «Отче святый, прости нас Бога ради, согрешихом пред тобою — украдохом лошади твое. И много трудихомся, три дни и три нощи, хотяще отъехати от тебе, и не возмогохом. И уже от глада изнемогохомъ, и разумехом, яко молитва твоя не отпустит нас от тебе, и возвратихомся к тебе. Возми убо свое и нас отпусти Бога ради». Старец же наказав их чюжаго не взимати, но от своих трудов доволным быти и праведным имением владети, и дав имъ потребная доволно, и отпусти их с миром. Они же идоша в путь свой, радуяся и славя Бога, и преподобнаго отца Герасима кротости и милосердию дивящеся.
Ниже сие умолчано будет о преподобнем Герасиме.
Бысть убо не в кое время преподобному идущу в Переславль град Залеский, в Данилов монастырь, посетити братию. Идущу же ему путем, а с ним три ученика его, с ними же точию едина лошадь в санех. Обычай же бе преподобному Герасиму всегда пешу ходити, аможе потреба будетъ, на конех же никакоже не ездяше до скончания живота своего, бе убо крепокъ и силен велми, якоже выше рекохом. Ученицы же его трие отсташа на лошади подалее от преподобного. Идущу же ему в Переславской области, хотя некую весь минути путем своим. И абие обыдоша его пси мнози, хотяху его разтерзати. Людие же веси тоя, стояще, смеяхуся и ругающеся преподобному, и понужающе псов своих на преподобного. Ученицы же его едва наехаша на нь и начаша бранити людем темъ, глаголюще: «Что тако творите?» Святый же запрети учеником своим, глаголя: «Чада, не браните, не видят бо ся, что творятъ». И глагола преподобный людем темъ: «Господие, увидите, яко не от нас убо насытятся пси ваши, но от скот ваших, и сий смехъ вашъ обратится на плачь по сих ваших». Они же, несмыслении, мечуще на святого укоризны и поругание. Преподобный же Герасимъ иде в путь свой со ученики своими, и абие по отшествии преподобнаго в веси той внезапу вси скоти их изомроша. И уразумеша, что бяше им глагола преподобный, и начаша каятися о согрешении своем ко преподобному.
