Продолжая ждать, я краем глаза наблюдал за Глорией, которая, побродив по гостиной, уединилась наконец в ванной.
В трубке послышались щелчки — и голос мисс Долан спросил:
— Мистер Винтерс? Слушаю вас.
— Я хотел бы переговорить с мисс Шелли.
— Извините, но мисс Шелли уже отдыхает.
— Мне требуется всего лишь минута.
— Боюсь, я не могу этого сделать.
— Очень жаль. Что ж, нет, так нет. Передайте ей, пожалуйста, что я звонил. Я хотел узнать, как она себя чувствует после приезда со стадиона.
— Я передам ей это.
— Спасибо, — я сделал паузу и добавил: — Мисс Долан, я до сих пор ваш должник и…
Щелчок — и линия умерла. Уже второй раз подобным образом секретарь мисс Шелли прерывает разговор со мной.
Раздраженно бросив трубку, я глотнул виски и принялся рассеянно изучать узоры на ковре. Мисс Долан начала не на шутку интриговать меня.
Глория вышла из ванной все в той же алой ночной сорочке.
— Так ты звонил Вестал Шелли? — спросила девушка, устраиваясь на диване.
— Да, — коротко ответил я, набирая домашний номер телефона Блэкстоуна.
— Так это она заняла мое место рядом с тобой на боксе?
— Ты очень догадлива.
— Алло? — рявкнул Блэкстоун.
— Это Чэд… Слушай, Рей, мы можем начинать. Завтра я перевожу тебе четверть миллиона долларов. И открываю специальный счет на имя Вестал Шелли в Западно-Калифорнийском банке. Твоя задача — пустить эти деньги в оборот с тем условием, чтобы они приносили ежемесячный доход. Допустимый предел риска — двадцать тысяч долларов, это максимум того, что мы можем позволить себе потерять. Если убытки составят большую сумму, счет будет закрыт.
— Я, уж конечно, не позволю пропасть и пяти тысячам, — заверил Блэкстоун. — Буду вести наши дела, как свои собственные. Похоже, если нам улыбнется удача, мы сможем наскрести немножко денег.
— Само собой. Еще одно, Рей. Каждую неделю ты должен предоставлять мне отчет о том, что сделал и что намереваешься предпринять в ближайшее время. Все, естественно, на твое усмотрение. Но всякий понедельник такую расшифровку я хочу видеть у меня на столе. Все ясно?
— Нет проблем.
— Хорошо. Начинай завтра. Когда тебе понадобятся деньги, дай мне знать.
— Можешь положиться на меня, Чэд.
Едва я повесил трубку, как моя гостья окликнула меня:
— Чэд, дорогой…
Я вздохнул.
— Совсем забыл о тебе. Чего ты хочешь?
— Ты шутил, говоря о таких деньгах, или все это достаточно серьезно?
Я посмотрел на нее и улыбнулся тому напряженному выражению лица девушки, которое никак не вязалось с частым морганием ее светло-голубых, по-детски наивных глаз.
— И не стыдно подслушивать?
— Ты серьезно говорил о четверти миллиона долларов?
Иногда Глория бывала чересчур назойливой и лезла не в свои дела, но у нее было одно неоспоримое достоинство: она умела держать язык за зубами. Мне вдруг захотелось поделиться с кем-нибудь своими впечатлениями о Вестал Шелли.
— С тех пор как мы виделись последний раз, кое-что в моей жизни переменилось, — отозвался я. — Я стал финансовым советником мисс Шелли. На этом месте, если действовать осторожно и с умом, можно сделать себе небольшой капиталец.
— Но я всегда слышала, что эта женщина нагоняет на всех ужас, — произнесла Глория, укладываясь в постель.
— Так оно и есть, — небрежно заметил я, — но похоже, мой шарм подействовал на нее. Она едва не соблазнила меня сегодня вечером.
Глория повернула лицо ко мне.
— Что за глупые шутки?
— В том-то и дело, что нет. Хорошо, что я все время соблюдал дистанцию и держался от нее на почтительном расстоянии. Не будь она похожа на сморщенную обезьянку, я бы уже сегодня спал в ее шелковой постели, но, хвала фортуне, женщин у меня более чем достаточно.
— Да ты просто сопляк! — завопила Глория, соскакивая с постели. — Я-то думала, что твой череп, кроме правильной формы, имеет еще и некий минимум мозгов!
Я был настолько удивлен неожиданной реакцией гостьи, что едва не выронил бокал с виски.
— На что ты намекаешь?
— Если бы мужчина, имеющий миллион долларов, пытался соблазнить меня, уж я бы не стала останавливать его, даже если бы у него были деревянная нога и вставные зубы. Что, скажи, с того, что твоя миллионерша страшна, как смертный грех?! При ее деньгах это не может быть препятствием к тому, чтобы затащить ее в постель. Кстати, сколько мадам стоит?
— Я точно не знаю. Где-то около семидесяти миллионов, может, и больше.
— Ого! Семьдесят миллионов! Ты, кажется, уговорил ее доверить тебе распоряжаться четвертью миллиона долларов?
— Да. Что в этом плохого? Подвинься, я хочу лечь.
— Не сейчас. Не уходи от темы, Чэд. Меня это весьма интересует. — Глория вновь соскочила с кровати и принялась вышагивать по спальне. — Так что там произошло сегодня вечером? Не мог бы ты изложить это поподробнее?
Я рассказал о поединке боксеров, о реакции Вестал, о том, что случилось в полутемном коридоре, и о том, как мисс Шелли от меня сбежала.
Усевшись на столе и обхватив колени руками, Глория, не перебивая, внимательно слушала меня.
— Ты объяснился с ней сейчас, когда звонил?
— Я сумел переговорить только с ее секретарем.
— Мог бы проявить и большую настойчивость.
