— Не приставай к джентльменам, — сказала ма Честер. — Ну-ка, ешь.
Крисси начала торопливо есть. У ее тарелки стояла эмалированная кружка с молоком, и, когда она стала пить, Диллон заметил, что молоко стекает у нее по подбородку за платье. Он вдруг почувствовал кислый запах, исходящий от нее, запах, который бывает у маленьких детей, если о них не заботятся. Его слегка замутило, и он отодвинул тарелку. Потом встал, что-то бормоча.
— Вот кофе, — ма Честер с грохотом поставила кофейник на стол. Диллон налил себе чашку и отошел к окну. Когда ма Честер вернулась к печке, Крисси наклонилась через стол и подхватила ветчину, оставленную Диллоном.
Рокси положил нож.
— Ты голодна? — спросил он, не зная, что сказать.
Она посмотрела на него с довольным видом и улыбнулась.
— Да. Вы покатаете меня, мистер?
— Конечно, покатаю.
Рокси кивнул.
— Сиди тихо, — сказала ма Честер.
Внезапно лицо Крисси стало пустым и она начала бормотать. По подбородку у нее потекли слюни. Ма Честер подошла к ней и слегка постучала по голове девушки костяшками пальцев, совсем так, будто стучали в дверь. Крисси прижалась лицом к груди старухи, по ее тупому лицу разлилось выражение удовольствия.
— Она простушка, но она хорошая девочка, — пояснила ма Честер. — У нее что-то неладное с головой. Иногда она становится вот такой. Я стучу по ее голове, и это помогает. — Лицо старухи смягчилось, и она посмотрела на девушку с суровой нежностью, совершенно изменившей ее лицо. Рокси сидел и слушал с боязливым уважением.
— Она ведь совсем большая девушка? — спросил он наконец.
— Ей восемнадцать, но сдается мне, она никогда не будет взрослой.
Диллон не мог больше этого переносить. Он вышел из дома. Под горячим солнцем роса быстро подсыхала. Земля чуть парила, и нежная, белая дымка, простиравшаяся, насколько мог видеть взгляд, повисла над самой землей. Воздух был душист, и Диллон порадовался, что убрался из этой зловонной лачуги. Он подошел к машине и заглянул внутрь. Заднее сиденье покрывали темные пятна крови Миры. Он чуть сморщил нос.
— Черт знает, что за утро!
Поодаль Диллон заметил колодец. Он подошел к нему и вытащил ведро воды. Потом, отыскав какие-то тряпки под передним сиденьем, принялся обмывать обивку. Он как раз покончил с этим и вылил воду, когда появился Рокси.
— Я рехнусь в этой дыре.
Диллон посмотрел на него.
— Вот погоди, пусть сюда явится этот выжига. Я его убью.
Рокси присел на подножку машины и закурил.
— Быть в безопасности — это ведь кое-что значит, верно? — спросил он.
— Из-за этой чокнутой по мне мурашки бегают, — буркнул Диллон. Он затолкал на место заднее сиденье.
— А это ничего. Она на самом деле ребенок. Ты смотри на нее как на ребенка. Она тебя не побеспокоит.
Именно в этот момент появилась Крисси. Она бочком подобралась к ним.
— Вы совсем намочили сиденье, — сказала она, заглядывая в машину. — Зачем вы это сделали?
Диллон отвернулся и сплюнул на землю. Когда он отходил, Крисси сказала Рокси:
— Он мне не нравится.
Рокси улыбнулся ей.
— Он неплохой. Просто у него что-то на уме.
Крисси была озадачена.
— Что? Как это — что-то на уме?
— Ну, понимаешь, он о чем-то беспокоится. — Рокси почесал в голове. — И все.
Она потеряла интерес.
— Когда вы меня покатаете, мистер?
— Сейчас не могу, — ответил Рокси. — Может, завтра. Но только не сейчас. Чем ты занимаешься весь день?
Она стояла, жадно глядя на машину.
— А, мало чем, — ответила она. — Играю. Я больше всего люблю играть.
Рокси окинул ее взглядом и подумал, что для такой сочной бабы страшно быть простушкой.
— Ну, ладно, тогда давай во что-нибудь поиграем, — предложил он. Рокси испытывал некоторое замешательство, но ему было жалко ее. Она посмотрела на него, как бы решая, стоит ли с ним играть. Потом кивнула.
Диллон обошел хибарку кругом и теперь стоял, наблюдая за ними. Странный блеск появился в его глазах.
— Своди ее к речке, — предложил он. — Уговори покупаться. Расшевели ее. Может оказаться, что на нее стоит посмотреть.
Лицо Рокси стало малиновым.
— Ты это брось, — сказал он сердито. — Эта пацанка ничего не понимает. Я не потерплю таких дел.
Диллон стоял, глядя на него, и лицо его было угрюмым.
— А, иди играй с ней в куклы. — Он издевательски ухмыльнулся. — Мне от тебя тошно.
Когда Крисси и Рокси не спеша брели к лесу, Диллон стоял на месте и только смотрел им вслед.
После двух дней, проведенных на ферме, Диллон был близок к помешательству. Он нервничал, и ему осточертело сидеть на ферме, глядя на старого Честера или слушая ма, которая расхваливала своего сына.
