Джордж окаменел.
— Расправиться? Ты считаешь, что они там, во дворе?
— Конечно! С одной стороны Ник, с другой — Нончо, его брат. Глупо, правда? — продолжала Кора. — И я смертельно боюсь…
Ее вспышка ярости была кратковременной, и теперь он видел, что она в панике.
— Вот, возьми сигарету, — сказал он и подошел к ней. — Я не допущу, чтобы с тобой что-нибудь случилось. Они могут проникнуть сюда?
Она подняла глаза.
— Думаю, что да, — она снова истерически захихикала. — Я трусиха, правда? — спросила она и закрыла лицо руками. — Я видела его сегодня днем. Он лежал в гробу и выглядел ужасным. Надеюсь, я не буду такой отвратительной, когда умру. — Она всхлипнула. — Я его так любила, Джордж, хотя он и был подлым.
— Я его тоже видел, — сказал он и посмотрел на нее.
Некоторое время Кора сидела молча, словно и не слыша его, а потом сказала:
— Ты совсем не так глуп, Джордж. Они столкнули его на рельсы. А меня он бросил. — Она стряхнула пепел на ковер и растерла ногой. — А я его так любила. Никогда бы не подумала, что он сможет сделать со мной такое. Не дал мне ни пенса. А я ему помогала. Если бы не я, он никогда не получил бы этих денег. А он так поделился со мной! Как только он узнал, что они напали на его след, то исчез, не сказав ни слова. И это после всего, что я для него сделала!
Джордж погасил сигарету и закурил новую.
— Я говорила ему, что он играет с огнем, — продолжала она, — но он меня не слушал. Считал себя большим умником. Я много раз говорила ему, что они не позволят с собой такое сделать, но он считал их трусами. И так гордился своим планом — этим глупым, никчемным планом. Как я была глупа. Мне не нужно было слушать его. Он был такой сумасшедший! Я это точно знаю. Он изменился с тех пор, как с ним расправился Криспин. Тогда-то он и получил этот шрам. Он часто подходил к зеркалу, брюзжал что-то себе под нос и обдумывал планы мести. Я предостерегала его, говорила ему, что это безнаказанно не пройдет, но он и слушать меня не хотел. А теперь он мертв… — Она встала и зашагала по комнате. — И я скоро умру. Они не успокоятся, пока не расправятся со мной… и с тобой.
Пока она говорила, Джордж осматривал комнату. Рядом со шкафом стоял пластиковый чемоданчик. На ручке висела бирка. На ней было написано: «КОРА НИКОЛС». Эта надпись подтвердила все его подозрения. Спокойно, подавив свое горе, которое поднималось в его душе, он спросил:
— Ты не была его сестрой?
— Сестрой? — повторила она горько. — Я даже женой ему не была.
Джордж снова почувствовал озноб. Он мечтал о ней дни и ночи, а она любила Сиднея…
— Понимаю, — сказал он и сжал руки в кулаки, — это все объясняет.
— Я любила его, — повторила она, — а он попирал меня ногами. И тем не менее, если бы он вернулся сейчас, я бы его простила. Я все могла ему простить, что бы он ни сделал. Только бы он вернулся…
Она опустилась на кушетку и, словно слепая, уставилась в пустоту.
— Кем он был? — спросил Джордж после длительной паузы.
— Сидней? Кем был Сидней? Воришка. Грязный и мелкий воришка. Крал машины для Криспина. А однажды нашел в машине футляр с драгоценностями. Машину он отдал Криспину, а драгоценности утаил. Был убежден, что действует по-умному. Чего только он мне не обещал! А потом был настолько глуп, что предложил драгоценности перекупщику, который был связан с Криспином. Греки схватили его и потащили в Коптхон. Там ему Криспин и выжег этот шрам и сказал, что, если он еще раз покажется ему на глаза, будет еще хуже. Меня они не знали, и поэтому я должна была, по поручению Сиднея, наблюдать за ними. Сидней скрывался, а мне удалось узнать, что перекупщик поедет в Коптхон с семьюстами фунтами, чтобы купить у Криспина самые разнообразные вещи, найденные в украденных машинах. Тогда Сидней и выковал свой идиотский план.
— Дальше, — хмуро сказал Джордж. — Когда он познакомился со мной, он захотел сделать из меня козла отпущения?
— Да, — будто в трансе сказала Кора. — Хотел убить Криспина и все свалить на тебя. Я верила ему, потому что любила его, но где-то в подсознании считала, что план этот провалится. Я знала, что они были опытнее его. И возможностей у них больше. Но он меня не послушался…
— И в тебе не заговорила совесть, когда он хотел подставить меня? Тебе было все равно, что будет со мной?
Она наморщила лоб.
— А почему бы и нет? Ведь ты для меня ничего не значил.
Джордж вздрогнул. Ее откровенность приводила его в бешенство.
— Но теперь я буду кое-что значить для тебя! — выкрикнул он гневно. — И чем быстрее ты это уразумеешь, тем будет лучше для тебя.
Кора не смотрела на него.
— Ты слышал? — испуганно спросила она.
Внизу заскрипела половица.
— Мы должны забаррикадировать дверь, — воскликнул он. — Помоги мне придвинуть к ней шкаф!
Она не шевельнулась. Не дожидаясь ее, Джордж отодвинул шкаф от стены и начал с трудом продвигать его к двери.
— Ну, теперь они не войдут, — сказал он, тяжело дыша. — А вдруг они влезут в окно?
Кора снова хихикнула.
