Впервые: Der Wert des theoretischen Unterrichts in der malerei // Bauhaus (Dessau). 1926. №1. S. 4.
Статья была опубликована в юбилейном выпуске газеты «Баухауз», посвященном 60-летию художника. Написана она в ответ на разгоревшуюся в Баухаузе дискуссию «Что такое искусство? Зачем нужна теория искусства? В чем заключается обучение искусству?» и относится к тем немногим статьям художника, где он непосредственно излагает свои взгляды на проблемы современного художественного образования.
К моменту ее написания Кандинский уже приобрел значительный опыт в области художественной педагогики. Благодаря своим обширным знаниям и блестящей эрудиции он становится одним из ведущих преподавателей Баухауза. Удивительно созвучны мысли Кандинского о необходимости развития возможностей прежде всего аналитически-синтетического мышления, а также о непременном соблюдении неразрывной взаимосвязи теоретического и практического обучения главной педагогической установки Гропиуса. Позднее, подводя определенные итоги деятельности института, он писал: «Гораздо важнее научить определенному методу мышления, чем голым правилам. Это должно быть непрерывным процессом, развивающимся концентрически, подобно годовым кольцам дерева. Общий круг задач должен охватываться в целом в каждой фазе воспитания, а не дробиться на изолированные разделы и одновременно распространяться на все области, постепенно интенсифицируясь и углубляясь. Наиболее важным с самого начала является уяснение органической взаимосвязи всех теоретических и практических дисциплин, лишь в этом случае их совокупность наполняется в сознании учащегося конкретным смыслом».
Необходимо подчеркнуть — и это было замечено многими исследователями, — что в Баухаузе, институте с художественно-промышленной направленностью, Кандинский сумел сохранить свою приверженность «grand'art». Это вызывало, несмотря на единомыслие по многим вопросам, определенные разногласия с Гропиусом, чья деятельность была направлена на создание конкретной промышленной продукции. Но тем не менее Кандинскому все же удалось отстоять свою точку зрения и доказать правомерность существования свободных живописных классов, которые были созданы по его инициативе в 1927 г. и сделали возможным получение чисто живописного образования в Баухаузе. В целом же — и это видно из его статьи — Кандинский рассматривает живопись как один из важных общеобразовательных предметов, способствующих формированию мировоззренческих основ творчества.
Впервые: und, Einiges über synthetische Kunst // i 10, 1 (Amsterdam). 1927. №1. S. 4-10.
В статье затрагиваются проблемы, имевшие важное значение не только для Западной и Центральной Европы, но и для России, где в конце XIX и начале XX в. многие ученые, философы и художники стремились к цельному знанию, к единству науки, философии, искусства и религии в постижении истины. В этом отношении положения, выдвинутые Кандинским, сближаются с идеями и упованиями Вл. Соловьева, П. Флоренского, В. Вернадского, А. Лосева и др.
Впервые: Kunstpädagogik // Bauhaus (Dessau). 1928. №2-3. S. 8, 10—11.
Статья «Художественная педагогика», как и статья «Значение теоретического обучения в живописи» (1926), была написана в ответ на дискуссию «Что такое искусство? Зачем нужна теория искусства? В чем заключается обучение искусству?» и относится к статьям, в которых Кандинский излагает свои взгляды на проблемы художественного образования.
Текст публикуется по оригиналу, в котором абзацы начинаются со строчной буквы.
Впервые: Analytisches zeichnen // Bauhaus (Dessau). 1928. № 2-3. S. 8, 10—11.
Статья была опубликована в газете «Баухауз» одновременно со статьей «Художественная педагогика». Курс «Аналитический рисунок» был одним из первых курсов, которые Кандинский начинает вести в Баухаузе. В первом семестре этот курс являлся обязательным для всех студентов пропедевтического отделения.
В контексте творчества Кандинского — курс аналитического рисунка можно рассматривать как своеобразную систематизацию его собственного пути к абстрактной форме. Основные задания этого курса — и это наглядно демонстрируют многочисленные учебные работы, хранящиеся в музее-архиве Баухауз в Берлине, — были направлены на развитие умения обобщать и упрощать форму конкретного предмета, доведение ее до простой, ясной абстрактной схемы, передающей его конструктивную особенность. Он стремился научить будущих художников ясному видению, логике построения, пренебрегая второстепенными и малозначительными деталями, учитывая законы равновесия, параллельных конструкций и больших контрастов, и, таким образом, проецировал свой формообразующий метод абстрактной живописи на конкретный педагогический процесс.
