Том 20. Письма 1887-1888 полностью

Получил я от Лемана письмо; он извещает, что «мы (т. е. все вы, питерцы) согласились» печатать объявления друг о друге в своих книгах, приглашает меня согласиться и предостерегает, что можно в число избранных «включать лишь лиц, более или менее солидарных с нами». В ответ я послал согласие и вопрос: «Откуда вам известно, с кем я солидарен и с кем не солидарен?» Как у вас в Питере любят духоту! Неужели вам всем не душно от таких слов, как солидарность, единение молодых писателей, общность интересов и проч.? Солидарность и прочие штуки я понимаю на бирже, в политике, в делах религиозных (секта) и т. п., солидарность же молодых литераторов невозможна и не нужна… Думать и чувствовать одинаково мы не можем, цели у нас различные или их нет вовсе, знаем мы друг друга мало или вовсе не знаем, и, стало быть, нет ничего такого, к чему могла бы прочно прицепиться солидарность… А нужна она? Нет… Чтобы помочь своему коллеге, уважать его личность и труд, чтобы не сплетничать на него и не завистничать, чтобы не лгать ему и не лицемерить перед ним, — для всего этого нужно быть не столько молодым литератором, сколько вообще человеком… Будем обыкновенными людьми, будем относиться одинаково ко всем, не понадобится тогда и искусственно взвинченной солидарности. Настойчивое же стремление к частной, профессиональной, кружковой солидарности, какой хотят у вас, породит невольное шпионство друг за другом, подозрительность, контроль, и мы, сами того не желая, соделаемся чем-то вроде иезуитских социусов друг у друга… Я, милый Жан, не солидарен с Вами, но обещаю Вам по гроб жизни полную свободу как литератору; то есть Вы можете писать где и как угодно, мыслить хотя бы на манер Корейши, изменять 1000 раз убеждениям и направлениям и проч. и проч., и человеческие отношения мои к Вам не изменятся ни на один гран, и я всегда буду на своих обложках печатать объявления о Ваших книгах. То же самое могу я пообещать и прочим моим коллегам, того же хотел бы и для себя. По-моему, это самые нормальные отношения. Только при них возможны и уважение, и даже дружба, и сочувствие в тяжелые минуты жизни.

Однако я заболтался. Да хранит Вас небо!

Ваш А. Чехов.

432. П. А. СЕРГЕЕНКО^*

4 мая 1888 г. Москва.

Москва, Кудринская Садовая, д. Корнеева (зимний адрес) 88, V, 4.

Только сегодня получил твое письмо, милейший Йорик^*; где оно пропадало половину апреля, не вем. Очень рад, что ты имеешь о кое-чем поговорить со мной; очень рад буду и послушать^*. Спешу сообщить свой летний адрес: г. Сумы Харьк<овской> губ., усадьба А. В. Линтваревой.

Лето я думаю провести в Украйне и уже нанял себе берлогу на реке Псле. Завтра еду туда с фамилией.

Насчет Афона бабушка еще надвое сказала, хотя съездить очень хочется. В мае ехать не стоит, жаль потерять русское лето, которое я очень люблю. Если поеду, то в октябре — так советует сын Суворина, Алексей Алекс<еевич>, с которым мы уговорились ехать вместе.

Будь здоров.

Твой А. Чехов.

Если летом буду в Одессе^*, то не откажи подарить часок времени: поболтаем. В начале июня я поеду вниз по Днепру до Одессы, из Одессы в Крым.

433. В. А. ТИХОНОВУ^*

4 мая 1888 г. Москва.

Уважаемый Владимир Алексеевич!

Укладываюсь в путь, а потому, простите, тороплюсь и пишу на бланке. Не дождавшись Вашего дачного адреса, рискую писать в Поварской пер<еулок>, где Вас, быть может, уже нет давно…

Ваше желание — писать мне — меня радует^*. Вот Вам мой летний адрес: «г. Сумы Харьков<ской> губ., усадьба А. В. Линтваревой».

Пишите и благоволите прислать свой дачный адрес.

Уважающий А. Чехов.

На обороте: Петербург,

Поварской пер., д. 12, кв. 17

Владимиру Алексеевичу Тихонову.

434. Ал. П. ЧЕХОВУ^*

4 мая 1888 г. Москва.

4 мая.

Маленькая польза!^*

Завтра я, мать и сестра едем на дачу. Вот наш адрес: «г. Сумы Харьков<ской> губ., усадьба А. В. Линтваревой».

Сюда благоволи адресовать письма и прочее. Сюда же приезжай и сам, когда уляжется твоя семейная суматоха.

Когда выйдет книга^*, то распорядись, чтобы мне выслали 10 экземпляров.

Написал «субботник»^*, но не переписал начисто; вышлю его из Сум.

Мишка в Таганроге.

Будь здрав и благополучен.

Твой А. Чехов.

Поклоны всем.

435. Ал. П. ЧЕХОВУ^*

Май, после 6, 1888 г. Сумы.

Сумы, Харьк. губ., усадьба А. В. Линтваревой.

Маленькая польза!

Я уже перебрался в Малороссию и живу в местности, обозначенной в заголовке. Живу на берегу Псла, ловлю рыбу и наблюдаю хохлов. Как-нибудь я опишу тебе здешнее бытье-житье, а пока поговорим о делах.