«Слово» Евсевия — славянский компилятивный перевод, восходящий к византийским сочинениям Евсевия Емесского и Евсевия Александрийского. Композиция «Слова» своеобразна: о самом Иоанне Предтече, имя которого вынесено в заглавие памятника, говорится очень мало, так же как и о центральном событии — сошествии Христа в ад и освобождении томящихся там праведников. Большая же часть «Слова» — рассказ дьявола о безуспешной борьбе с Христом в годы его земного бытия: Христос разрушает все дьявольские козни — отвращает от греховных дел, исцеляет недужных, воскрешает друга своего Лазаря. И дьявол, и его помощник — Иуда, предательство которого вызывает страстные, гневные обличения автора «Слова», оказываются посрамленными.
Хотя большинство сюжетных мотивов «Слова» восходит к Евангелиям, отсутствующий в Священном Писании рассказ о сошествии Христа в ад дал основание исследователям рассматривать «Слово» среди апокрифических сочинений наряду с Евангелием Никодима, «Словом в великую субботу» Епифания Кипрского и др.
Текст издается по старшему из известных нам списков, входящему в состав Успенского сборника XII—XIII вв. (лл. 216—222 об.). Поправки в текст внесены на основе списков Библиотеки РАН, 21.3.3 и РНБ, Софийского собр. № 1448.
Подготовка текста, перевод и комментарии Ε. Η. Мещерской
Господи, благослови, отче!
Подобаеть о семь мало побеседовати о самой благодати Бога и Спаса нашего Иисуса Христа. Многа ему чюдеса благолепле сдевающю, и въ всехъ языцехъ провозвещено бысть о Иисусе, слышавъ о семь Авгарь, князь едесьскый,[437] иже от синяя проказы и раслабления неприязнина томимъ бе.[438] И желаше своима очима самого Сдетеля видети и не мога, посла Авгарь къ Иисусу послание молебно, глаголя сице:
«Слышано ми есть о тебе, Господи, и о твоихъ цельбахъ, бывающихъ токмо бо словомъ. Даеши ицеление болящимъ: слепымъ — прозрение, хромымъ — ходити, слышати глухымъ. Прокаженыя очищаеши и долгомучимыя недугы ицеляеши.[439] И жену кровоточиву, прикоснувъшюся ризахъ твоихъ, ицелилъ еси[440] и мртвыя вьскрешаеши. И слышахъ и разумехь на сердци моемъ, яко ты еси единъ от двою, сшедый съ небесе, и еси Сынъ Божий. Слышю же и се, Господи, яко июдеи ропщють на тя и хотять убити. Есть же градъ мой малъ и людие в немъ добри. А тъ довлееть обема нама».
Глагола Иисусъ Онаньи,[441] посланому Авгаремь къ Иисусу: «Ведыи буди, зане не видевъ мя, верова,[442] сдравие тобе уготовися. Посланъ есмь исполнити всю правду, и потом внити ми отнуду же снидохъ. И се послю к тобе единого от ученикъ моихъ — Фадея,[443] да ти недугъ, иже имаши, ицелитъ».
Слышавъ же Авгарь словеса си, посла скорописца, горазда иконамъ, въ Иерусалимъ, да напишеть образ Иисусовъ отай на плащаници. И приде Лука[444] въ Иерусалимъ и вниде въ зборъ, идеже учаше Иисусъ, и, ставъ на отлучене месте, нача писати образъ лица Иисусова вещными вапы, и недоуме, како бо можаше непостижимаго божественнаго Слова постигнути. Обаче тайнамъ разуметель отай бывающее яви. И абие Иисусъ възва и глаголя: «Лука, Лука, Авгаревъ посолниче, даже ми плащаницю, юже носиши от Авгаря». И вшедъ Лука въ зборъ и дасть Иисусови плащаницю. И абие воду испроси Иисусь и умы пречистое и божественое свое лицо водою, и плащаницею отре. Оле, чюдо, и выше ума, преходяй разумъ! Простая та вода на вапное преложение устроися и, сбежа, и съставы имуща на плащаници, и бысть образъ Иисусовъ на плащаници, яко ужаснутися и вь стресе всемъ быти. И дасть ю Иисусь Фадею апостолу и посла и́ въ Едесьскый градь, идеже лежаше Авгарь боляй на одре шесть летъ. Отидоста де Лука скоросолникъ с Фадеемь, носяща образъ нерукотвореный. И придоста на место, нарицаемое Иераполисъ, и легоста вне града в гостиньници. И убоястася, и скрыста образъ Господень межю двема керимидома. И показася столпъ огненъ съ небесе и ста верху, идъже бе скровенъ образъ Господень. Видевше же стражье чюдо таково, възпиша гласомь велиемь. И слышавше вси людье градьстии, възмятошася, и бысть мятежь великъ по граду. Фадей же и Лука вземша скоро образъ Господень и изидоста в путь свой. Изидоша же народи градьстии на место, идеже стояше стълпъ огнень, и ужасошася и падоша ници, и, възревше, и видеша, яко въобразился бяше тот образъ Господень въ единъ от камень. Они же вземъше то въображение людье града того, несоша въ градъ свой. И яко быша входяще въ врата граду, и се, начаша сретати слепии, хромии, беснии, прокажении, въпиюще и глаголюще: «Иисусе, Спасе Бога вышняго, помилуй ны!» И прикасахуся к подобью образа Господня, ицеление приимаху. Видевше же людье града того преславное се чюдо, прослависта всемилостиваго Бога и вероваша въ святую Троицю, Отця, и Сына, и Святаго Духа.
