Я прикинул: если обнулить все лимиты на кредитках, то должно было хватить.
– Но у меня столько с собой нет! – предпринял я последнюю попытку разжалобить проститутку.
– Тогда прощай, – и она, бросив салфетку на стол, стала подниматься.
– Сиди, жди и не сходи с места, – буркнул я и побежал к банкомату.
К моему счастью, мне удалось снять требуемую сумму, обнулив все четыре кредитки. Когда я через полчаса вернулся в ресторан, Зарина заканчивала десерт. Она была совершенно уверена, что я никуда не денусь!
– Рассказывай, – сказал я, усаживаясь напротив.
– Покажи деньги.
– Рассказывай, – и я продемонстрировал ей пачки хрустящих купюр.
– Давай одну треть, – холодно сказала она.
После того, как шесть тысяч перекочевали к ней в сумочку, она начала свое повествование.
– С твоей Жанкой мы были неразлучны с детства, учились в одном классе. Я ее сразу по фотографии узнала. Она почти не изменилась за эти несколько лет, что мы с ней не виделись. Кстати, чтоб ты понимал, я тебе не голодранка какая. На родине у моих родителей свой дом на берегу реки. Ну, да ладно. Окончили школу, значит, пошли с ней работать по строительной части. Я думала прорабом стать. Потом поняла, что дело такое врагу не пожелаешь. После смены спина гудит, ноги гудят – ничего не надо, только лежать. А мы молодые! На дискотеку хочется, туда-сюда. Потом предложение это подвернулось. В интернете прочитали объявление – требуются красивые девушки, хостесы, на аравийский полуостров ехать. Я у Жанки спрашиваю:
– Что такое хостесы? И где это Аравийский полуостров?
Она отвечает:
– Не знаю, давай позвоним.
Позвонили. Нам милый женский голос объяснил, что хостесы – это красивые такие молодые девушки, которых приглашают на приемы там разные, где богатые люди собираются. И никакого секса! Из требований – только одно, чтобы в хорошей форме себя поддерживать, при макияже быть, одежда модная и все такое. Сказали, что, если сами захотим, то сможем в ночном клубе танцевать на шесте, но строго без интима. Если только по взаимному согласию. И все это в сказочном Дюбае! Туда многие у нас мечтают попасть. Давай еще шесть тысяч, – Зарина протянула руку.
Я молча отсчитал деньги, и она продолжила.
– А это точно, что без интима? – спросила я тогда.
– Говорю же вам, без. Ну, только если по взаимному согласию. И, имейте в виду, фирма берет на себя все расходы по вашему проезду и проживанию, – произнесла женщина в ответ.
Единственным требованием к нам, естественно, после того, как они увидели, что мы симпатичные, было неразглашение условий контракта.
Когда через два дня мы, подписав все бумаги, вышли из маленького домика на окраине города, я засомневалась.
– А правду они говорят, что без интима? Я слышала, всякое бывает!
– Это же с дурами разными случается, по их собственной глупости. А тут фирма солидная, контракт, как-никак, у нас в кармане. А потом, убудет от тебя, что ли, если что? Сама еще захочешь. Молодой, красивый и при деньгах когда подойдет!
Жанка звучала очень убедительно, но я все-таки опять спросила:
– Может, с братом посоветоваться все-таки?
– С каким братом? Сказали же – не разглашать информацию. Никому! Мы подписались под этим. Узнают – не поедем никуда, да и дело с концом. Они, между прочим, все расходы нам оплачивают. Где еще такие условия найдешь, бесплатно заграницу смотаться! Солидная фирма, сама же видишь.
Откуда она это взяла, что фирма солидная? Но именно это почему-то меня успокоило.
– Ладно, – согласилась я. И через две недели мы приземлились на аравийском полуострове.
Прямо в аэропорту нас встретила улыбчивая армянка.
– Армянка? – почему-то переспросил я.
– Ну, может, и не армянка. Но говорила она по-русски с акцентом. Она сразу же отобрала у нас паспорта, под предлогом того, что скоро нужно в гостиницу оформляться, а мы языка не знаем. Кому другому я бы паспорт не отдала, но она была такая вежливая! Я только спросила:
– А где находится наша гостиница?
На фирме нам показывали фотографию. Такое роскошное высотное здание.
– В самом центре города, девочки, минут двадцать езды, – улыбаясь, ответила любезная армянка.
Тут же, якобы, чтобы в гостиницу ехать, нас засунули в потрепанный микроавтобус, где, кроме водителя и этой армянки, сидел еще какой-то бугай со сломанным носом. На окнах были шторки. Мне это все не очень-то понравилось, но машина тут же тронулась. Всю дорогу никто ничего не говорил. Примерно через час езды я затревожилась и спросила, когда мы приедем.
– Молчи, дура. Когда надо, тогда и приедем, – грубо бросила мне армянка. Теперь это была совсем другая женщина, со злобным выражением лица. Я очень испугалась и крикнула:
– Должно было быть только двадцать минут езды!
