На самом деле это укрепляло его репутацию человека, способного предвидеть будущее.
Военные дела тоже шли блестяще. Русская армия завершала разгром турок, а медицинская служба работала с невиданной эффективностью.
— Ваши методы произвели революцию, — говорил главнокомандующий Румянцев. — Армия никогда не была в таком хорошем состоянии.
— Это результат правильной организации.
— Расскажите принципы.
Антон изложил основы военной медицины, адаптированные к XVIII веку. Многие идеи были революционными для того времени.
— Главное — профилактика, — объяснял он. — Лучше предотвратить болезнь, чем лечить ее.
— А как предотвратить?
— Чистая вода, хорошее питание, правильное размещение лагерей.
— Простые вещи, но мы о них не думали.
— Простые, но эффективные.
Успехи принесли Антону новые почести. Императрица наградила его высшими орденами империи.
— Вы стали одним из самых влиятельных людей государства, — говорил Алексей.
— Да. И одним из самых уязвимых.
— Почему уязвимых?
— Потому что у меня много врагов. И все они ждут момента, когда можно будет нанести удар.
Антон был прав. Осенью 1774 года против него началась настоящая кампания.
Первый удар нанесли московские врачи. Они подали коллективную жалобу в Медицинскую коллегию.
— Господин Глебов узурпировал власть, — писали они. — Навязывает методы, не проверенные временем. Ставит под угрозу здоровье нации.
Жалоба была направлена лично императрице. Но Екатерина оставила ее без последствий.
Тогда противники выбрали другую тактику — начали распространять слухи.
— Говорят, что вы колдун, — предупреждал Алексей. — Что знания получаете от дьявола.
— Кто говорит?
— Разные люди. Но слухи идут из одного источника.
— Из какого?
— Похоже, из церковных кругов.
Действительно, церковь возобновила атаки. На этот раз более изощренные.
К Антону пришел архимандрит Филарет — один из влиятельнейших церковных деятелей.
— Господин Глебов, — сказал он, — дошли до нас тревожные слухи о ваших методах.
— Какие слухи?
— Что вы используете нечистые силы для лечения.
— Это неправда. Я использую только естественные средства.
— Но результаты ваши... сверхъестественны. Такого не может быть без вмешательства темных сил.
— Может, если знать правильные методы.
— А откуда такие знания?
— От Бога. Он дает людям разные таланты.
— Возможно. Но церковь должна это проверить.
— Как именно?
— Хотим провести собственное расследование. Изучить ваши методы с точки зрения православного учения.
Антон понимал, что церковное расследование может быть опаснее светского. Церковь имела собственные представления о допустимых и недопустимых знаниях.
— А если вы признаете мои методы еретическими?
— Тогда придется их запретить.
— А если не признаете?
— Тогда дадим официальное одобрение.
Антон решил согласиться. Отказ выглядел бы подозрительно.
— Хорошо. Готов к расследованию.
— Отлично. Создадим специальную комиссию.
Церковное расследование началось в ноябре 1774 года. Комиссия состояла из пяти богословов и двух врачей.
— Покажите ваши лекарства, — попросил председатель комиссии архимандрит Иннокентий.
Антон продемонстрировал свои основные препараты.
— А молитвы при приготовлении читаете?
— Читаю.
— Какие именно?
— "Отче наш", "Богородице Дево, радуйся".
— Хорошо. А при лечении?
— Тоже молюсь. Прошу Бога направить мои руки.
Это была правда. Антон действительно молился, хотя и не считал молитвы главным фактором успеха.
— А искушения от дьявола бывают?
— Бывают. Но я им не поддаюсь.
— Как боретесь с искушениями?
— Молитвой и постом.
Комиссия работала месяц. Богословы изучали не только методы лечения, но и поведение Антона, его речи, образ жизни.
— Результаты неоднозначные, — докладывал архимандрит Иннокентий императрице. — С одной стороны, методы эффективны и помогают людям. С другой — они выходят за рамки традиционной медицины.
— А ересь есть?
— Прямой ереси нет. Но есть... странности.
— Какие именно?
— Слишком точные знания о человеческом теле. Понимание процессов, которые не описаны в священных книгах.
— Но это же не противоречит вере?
— Формально — нет. Но вызывает вопросы.
— Какое решение принимаете?
— Методы разрешаем применять. Но под церковным контролем.
— Что это означает?
— Означает, что при лечении должен присутствовать священник. И что Глебов должен регулярно исповедоваться.
Это был компромисс. Антона не обвинили в ереси, но поставили под надзор.
— Согласен, — сказал он, когда ему сообщили решение.
— И еще, — добавил архимандрит Иннокентий, — хотим, чтобы вы написали книгу о ваших методах. С богословскими комментариями.
— Для чего?
— Чтобы другие врачи могли изучать ваши способы, не рискуя впасть в ересь.
Это была интересная идея. Антон понял, что может использовать книгу для систематизации своих знаний.
— Согласен написать.
Зима 1774-1775 годов прошла в работе над книгой. Антон писал медицинский трактат, который должен был стать первым учебником научной медицины в России.
— Как назовешь? — спросил Алексей.
— "О врачевании болезней по законам естества и веры".
— Хорошее название.
— Да. И двусмысленное. Можно понимать по-разному.
