Антон нахмурился. Имя было ему незнакомо, но в последнее время к нему все чаще обращались люди с различными тайными делами.
— Проводите его.
В кабинет вошел мужчина средних лет в дорогой, но неброской одежде. Лицо умное, глаза внимательные. Антон сразу понял, что имеет дело с профессиональным разведчиком.
— Степан Иванович Шешковский, — представился посетитель. — Из Тайной экспедиции.
Антон почувствовал знакомый холодок тревоги. Тайная экспедиция была самым секретным подразделением российской разведки, подчинявшимся лично императрице.
— Садитесь, — вежливо предложил он. — Чем могу служить?
— У нас есть к вам вопросы, — сказал Шешковский, усаживаясь напротив. — О вашем прошлом.
— Мое прошлое хорошо известно. Я не раз рассказывал о нем.
— Рассказывали. Но у нас появились новые сведения.
Антон напрягся. Что могли узнать о нем агенты Тайной экспедиции?
— Какие сведения?
— Мы провели тщательное расследование ваших утверждений о монастырском образовании отца. Результаты... интересные.
— В каком смысле?
— В том смысле, что никаких следов пребывания некоего Василия Петровича в Спасо-Преображенском монастыре мы не нашли.
— Возможно, документы не сохранились.
— Возможно. Но мы проверили также другие монастыри региона. Везде тот же результат.
Антон понимал, что попал в серьезную ловушку. Профессиональные разведчики копали гораздо глубже, чем простые скептики.
— Может быть, отец был в монастыре под другим именем?
— Может быть. Но тогда возникает вопрос — под каким именем и почему?
— Не знаю. Он умер, когда я был молод.
— Понятно. А теперь другой вопрос. Откуда у вас знания, которые опережают время?
— Что вы имеете в виду?
— Ваши медицинские методы. Наши агенты в Европе сообщают, что подобные исследования там только начинаются. И проводятся в строжайшей тайне.
Антон понял, куда клонит разговор. Его подозревали в шпионаже.
— Я не шпион, если вы об этом думаете.
— Мы ни в чем вас не обвиняем. Пока что. Но хотим понять источник ваших знаний.
— Источник — долгие наблюдения и эксперименты.
— За такое короткое время? Вам всего тридцать лет, а знания у вас как у человека, изучавшего медицину полвека.
Шешковский был прав. Объяснить такую эрудированность в рамках одной жизни было практически невозможно.
— Возможно, у меня есть талант к этому делу.
— Возможно. Но есть и другие объяснения.
— Какие именно?
— Например, что вы получаете информацию из внешних источников. Регулярно и систематически.
— Из каких источников?
— Это мы и хотим выяснить.
Шешковский встал, подошел к окну.
— Знаете, господин Глебов, у нас есть способы получать правдивые ответы. Не всегда приятные, но эффективные.
Это была угроза, хотя и вежливо высказанная.
— Что вы предлагаете?
— Предлагаю честно рассказать о ваших источниках информации. Если они не противоречат интересам государства, то проблем не будет.
— А если противоречат?
— Тогда придется принимать меры.
Антон понимал, что времени на раздумья у него мало. Нужно было принимать решение.
— Дайте мне неделю, — попросил он. — Подготовлю подробный рассказ о своих методах.
— Хорошо. Неделя у вас есть. Но помните — мы все равно узнаем правду.
После ухода разведчика Антон долго сидел в кресле, обдумывая ситуацию. Попытки создать правдоподобную легенду о происхождении знаний провалились. Профессионалы докопались до истины быстрее, чем он ожидал.
— Плохие дела? — спросил вернувшийся Алексей.
— Очень плохие. Меня подозревают в шпионаже.
— А что будешь делать?
— Не знаю. Если расскажу правду, не поверят и сочтут сумасшедшим. Если не расскажу — обвинят в предательстве.
— А императрица?
— Императрица может помочь. Но только если поверит в мою невиновность.
Возможность поговорить с Екатериной представилась уже на следующий день. Она вызвала Антона для обсуждения медицинских дел армии.
— Как дела на фронте? — спросила императрица, просматривая донесения.
— Отлично, Ваше Величество. Потери от болезней минимальные.
— Прекрасно. А что нового в медицине?
— Разрабатываю новые методы лечения ран. Думаю, удастся еще больше снизить смертность.
— Замечательно. А откуда у вас все новые и новые идеи?
Вопрос был задан как бы невзначай, но Антон понял, что императрица знает о расследовании Тайной экспедиции.
— Ваше Величество, — сказал он осторожно, — могу ли я говорить с вами откровенно?
— Конечно.
— Вчера ко мне приходил человек из Тайной экспедиции. Задавал вопросы о моем прошлом.
— Знаю. Шешковский докладывал.
— И что вы думаете?
Императрица долго молчала, изучая его лицо.
— Думаю, что у вас действительно необычная история. Но думаю также, что вы не враг России.
— Благодарю за доверие.
— Однако объяснения требуются. Не для меня — я готова довериться результатам. Но есть люди, которым нужны ответы.
— Понимаю. Но правда... правда может показаться невероятной.
— Попробуйте рассказать.
Антон понял, что настал момент максимальной откровенности. Либо он расскажет правду и попытается убедить императрицу, либо его ждет петля.
— Ваше Величество, — начал он медленно, — а верите ли вы в возможность путешествий во времени?
Екатерина подняла брови.
— В каком смысле?
