Антон задумался. Значит, перемещения не произошло. Он остался в том же времени, в том же месте. Но что тогда был за свет? И почему ему показалось, что он куда-то проваливался?
Он достал магнитометр. Прибор показывал нормальные значения — никаких аномалий. Словно камни вдруг потеряли все свои необычные свойства.
— Странно, — пробормотал он.
— Что странно? — Прохор явно хотел поскорее уйти с этого места.
— Камни. Они... изменились. Стали обычными.
— Может, и к лучшему. Пойдем отсюда, пока новая беда не приключилась.
Но Антон не мог уйти. Он потратил слишком много усилий, чтобы добраться сюда. Если камни действительно были связаны с временными аномалиями, то он должен был понять, как они работают.
Он начал обходить камни, внимательно их осматривая. На поверхности одного из них он заметил новые трещины — тонкие линии, которых раньше не было. Или он их просто не заметил?
— Прохор, ты говорил, что здесь время по-другому идет. Можешь рассказать подробнее?
Проводник неохотно подошел ближе.
— Что рассказывать? Охотники рассказывали. Придет человек сюда утром, а выйдет — уже ночь. Или наоборот. Один говорил, что пришел зимой, а вышел — весна кругом.
— А с тобой такое случалось?
— Нет. Я стараюсь камней не касаться. И тебе советую.
Антон кивнул, но продолжал исследование. Он внимательно осмотрел все камни, измерил расстояния между ними, зарисовал их расположение в блокноте. Если он действительно застрял в XVIII веке, то эти записи могли оказаться важными.
Камни образовывали почти правильный круг диаметром около десяти метров. В центре круга росла старая сосна, ствол которой был искривлен странным образом. Кора дерева имела необычный металлический оттенок.
— Прохор, а давно здесь эти камни?
— Старики говорят — всегда были. Еще деды их дедов про них знали.
— А легенды какие-нибудь есть? Откуда камни взялись?
Прохор помолчал, явно колеблясь, рассказывать ли.
— Есть одна история, — сказал он наконец. — Бабка моя рассказывала. Говорила, что давно-давно, еще до христианской веры, жили тут люди особые. Колдуны, что ли. И умели они с временем разговаривать. Вот и построили эти камни, чтобы между прошлым и будущим ходить.
— А что с этими людьми стало?
— Исчезли. Одни говорят — Бог покарал за колдовство. Другие — что сами ушли в свое время, откуда пришли.
Антон почувствовал мурашки по спине. История была, конечно, легендой, но в ней могло быть зерно истины. Что, если эти камни действительно были древним устройством для путешествий во времени? Что, если та цивилизация, которая их создала, знала о физических законах, неизвестных современной науке?
Он подошел к центральному камню — тому, который светился. На его поверхности были выбиты символы. Не природные трещины, а именно символы. Антон не мог их прочитать, но они определенно имели искусственное происхождение.
— Прохор, посмотри сюда. Эти знаки — они похожи на что-то знакомое?
Проводник нехотя подошел и взглянул на камень.
— Не знаю. Может, на рунические письмена похоже. Дед рассказывал, что древние люди такими значками писали.
Руны. Антон знал о рунических письменах, но эти символы были на них не похожи. Они скорее напоминали математические формулы или схемы.
Он достал телефон и сфотографировал символы. Потом вспомнил, что в XVIII веке фотографии никому не покажешь, и перерисовал знаки в блокнот.
— Ладно, — сказал он наконец. — Пожалуй, хватит на сегодня.
Они покинули поляну и направились обратно. Прохор явно облегченно вздохнул, когда камни скрылись за деревьями.
По дороге домой Антон размышлял о случившемся. Камни определенно обладали необычными свойствами. Но почему они не отправили его обратно в XXI век? Может быть, нужно было что-то еще — особые условия, определенное время, правильная последовательность действий?
Или, возможно, камни работали не так, как он думал. Возможно, они не переносили людей во времени, а делали что-то другое.
— Прохор, — сказал он. — А кто-нибудь из тех, кто пропадал возле камней, потом возвращался?
— Как это?
— Ну, исчез человек, а потом появился снова. Может быть, через много лет.
Прохор задумался.
— Была одна история. Лет пятнадцать назад пропал охотник, Степан звали. Искали его, не нашли. А через год объявился в соседней деревне. Говорил, что заблудился в лесу, жил один. Но странный стал — будто не наш, будто чужой. И рассказывал всякую чепуху.
— Какую чепуху?
— Про будущее говорил. Что люди летать научатся, что повозки без лошадей будут ездить, что можно будет голосом на большие расстояния разговаривать. Все его за сумасшедшего считали.
Антон почувствовал, как у него участилось сердцебиение. Описание Степана очень напоминало человека, который побывал в будущем и пытался рассказать о том, что видел.
— А где этот Степан сейчас?
— Умер. Года три назад. До самой смерти чудил.
— А семья у него была? Может, кто-то его слова записывал?
— Был у него племянник, Тимофей. Живет в деревне Дубровка, верстах в десяти от нас. Но он Степана сторонился, говорил, что дядя бесноватый.
