"У тебя есть целых два свидетеля, способных подтвердить мои слова", - заметил он. - "Это твоя занпакто, которая перешла тебе по наследству от Куро и, следовательно, отлично помнящая, что же произошло с её предыдущей хозяйкой, и Хоугиоку, отнявшая у тебя значительную часть памяти. Так что..."
"Ладно, рассказывай", - миролюбиво кивнула Накамура. - "Все равно здесь больше нечем заняться. А так, даже если я тебе и не поверю, хоть время проведу с удовольствием".
"Не прошло и полугода, Накамура-кун, а беседы со мной уже приносят тебе удовольствие", - с ноткой ехидства хмыкнул Соскэ, а потом все же начал: - "В одном ты не ошиблась, Йоко. Главной и, по сути, единственной обязанностью Куро были убийства. Можно сказать, она была палачом в Обществе душ. Ты ведь знаешь, как происходит ритуал погребения души в мире живых? Шинигами касается его лба рукоятью занпакто, и, если душа была безгрешной, она отправляется в Общество душ. Если же за ней числились грехи, появляются Врата ада. А теперь сама суди: почему безгрешные души, попавшие в Общество душ и сейчас живущие в Руконгае, сейчас грабят, насилуют и убивают? Разве им здесь место? Нет. Для того чтобы поддерживать баланс этих душ, и была нужна Куро. Для поддержания порядка. Тогда все знали, что если ты сойдешь с пути и согрешишь, то отправишься в ад. Это касалось и простых душ, и шинигами. Все были едины перед её клинком. Куро не владела ни одним искусством проводников душ. Как и в случае Вандервайса, она отдала все свои способности ради одной-единственной, которая позволяла бы ей выполнять свою работу. Ты понимаешь, о чем я, Накамура-кун?"
"Она позволяла ей убивать кого угодно, независимо от уровня его силы", - немного подумав, ответила Йоко, уверенная, что не ошиблась в этом предположении. - "Именно это вынуждало всех соблюдать закон, даже капитанов Готэй 13, известных своей силой".
"Верно", - подтвердил Айзен. - "Куро была своеобразным чистильщиком Общества душ. Но она не могла сама решать, кому жить, а кому нет. Её нужно было направлять. Этим и занимался Король душ. Полагаю, мой отец рассказал тебе, что обладает уникальной способностью чувствовать. Ощущать настроения и чужие эмоции, независимо от расстояния. Именно он направлял её, указывая, где и кем совершалось прегрешение. Она не имела права убивать без его на то разрешения. Главным условием её силы было то, что её клинок никогда не должен был поражать невиновных, в противном случае её ждала смерть. Можешь называть это своеобразным контрактом. Так что она не убивала мою мать, это всего лишь странный выверт твоего подсознания. На самом деле, обстоятельства её смерти немного иные. Сама понимаешь, что Куро была главной и самой опасной угрозой для любого, кто посмел бы встать против клана Она Сэйшин, поэтому её устранение было первостепенной задачей. Той ночью, когда мы приняли решение уступить Ямамото Генрюсаю и его сторонникам свое место, мой отец не отдал Куро приказа сопротивляться, поэтому она не могла предотвратить свою смерть. Возможно, когда-нибудь ты и вспомнишь подробности её смерти, но не думаю, что тебе станет от этого легче".
"Спасибо, мне хватило того сумбурного сна", - скривилась Йоко. - "Именно после него у меня появилась седая прядь. Так что обойдусь как-нибудь без подробностей".
"Но теперь, полагаю, ты понимаешь, что случится, если Готэй 13 или Совету сорока шести станет известно о том, что ты реинкарнация Куро?" - спросил Соскэ. - "Она была единственной, кто мог без малейшего напряга уничтожить любого противника".
"Но у меня такой силы нет", - резонно возразила Накамура.
"А кто тебе поверит, Накамура-кун?" - мягко улыбнулся Айзен. - "Если всплывет это обстоятельство, то вне зависимости от того, пробудилась в тебе сила Куро или нет, ты, а не я или мой отец, станешь главной угрозой нынешнему Обществу душ. И не мне говорить тебе, что это значит".
Крыть было нечем. Йоко ничего не ответила, погрузившись в размышления. Соскэ, видимо, решивший, что исчерпал свой лимит на сегодня, тоже замолчал, оставив её наедине со своими мыслями.
Рассказанное им слегка пошатнуло привычную Йоко картину мира, но бурю эмоций не вызвало. Словно Накамура все это время и подозревала что-то подобное, а теперь наконец-то все встало на места.
***
Время по-прежнему тянулось до тошноты однообразно. Было скучно настолько, что Накамуре даже начала наскучивать её игра с капитаном Куроцучи, который все еще тщетно пытался добиться от нее хоть какой-то информации. Йоко молчала, выкидывая все новые и новые безумные выходки, заставляя ученого плеваться ядом и ругаться так витиевато и заковыристо, что даже покойный сквернослов Ннойтора обзавидовался бы.
По утрам и вечерам к Йоко приходила равнодушная и флегматичная Нему и приносила еду. "Какая забота, убиться можно", - ворчал внутренний голос Накамуры. Вступать в разговор девушки не спешили. Нему просто терпеливо ждала, пока Йоко разделается с едой, и попутно следила, чтобы та, пока её руки развязаны, не натворила каких-нибудь дел.
