Изо рта у меня едва не вырвался иронический смешок, но я вовремя подавила порыв. Положа руку на сердце, план Уиллы мог бы сработать как неплохое прикрытие. Когда все вокруг думали, что я сама преступница, поскольку проживаю в «Бенедикт-хаусе», у меня в какой-то момент появилась мысль воспользоваться такой легендой. Пусть и ненадолго, но идея Уиллы успешно сработала.
– Погодите, – вмешалась я. – Почему она просто не приехала как обычный турист? Зачем вся эта уголовная история?
– Для отвода глаз, полагаю. Никто из нас не видел в ней постороннюю, но в то же время от моих девочек стараются держаться подальше и не лезут с расспросами. Плюс бесплатная крыша над головой и трехразовое питание. – Виола саркастически хмыкнула. – Если не попасться, то план гениальный. Ее тайна все равно бы вылезла наружу рано или поздно, но она целых две недели продержалась. Невероятно.
– И все же хорошего плана побега у нее нет, – подытожил Грил. – Если я слежу в оба, никто не приезжает и не уезжает без моего ведома.
– Или у нее есть другой план, о котором мы не знаем, или ей просто все равно, – продолжила я. – Она ведь пробралась сюда, вполне вероятно, что она надеялась придумать и как отсюда сбежать.
– Вы думаете, что они все из Детройта? – спросил меня Грил.
– Да. То одеяло, которое вязала Линда, было для ребенка из Детройта. Линда рассказала Джанелл, но больше никому. А Джанелл рассказала нам.
Грил поднялся:
– Я должен их найти. – Он взглянул на Доннера. – Нам обоим надо их найти. Бет, Виола, отправляйтесь в «Бенедикт-хаус».
– Я бы хотела поехать поработать в офисе, – сказала я.
– Заприте дверь, – велел Грил. – И ты тоже, Ви. И проверь, чтобы остальные были в «Хаусе».
Мы кивнули в ответ и пошли к выходу под тихие ругательства Виолы.
Стоя на ступеньках и наблюдая за уезжающей Виолой, я сделала несколько глубоких вдохов. Воздух был прохладный и свежий. Несмотря на чувство безопасности, я ощущала себя довольно уязвимой. Были ли мурашки на затылке «наследием» Леви Брукса или все же ощущение, что за мной наблюдают, – это последствие всех новых откровений?
Я еще раз осмотрелась и поспешила к пикапу. Прежде чем отправиться в «Петицию», я подобрала с пола ручку радиоприемника и вставила на место.
Планов у меня никаких не было. Просто не хотелось безвылазно сидеть в «Бенедикт-хаусе». Если выбирать, где осесть, то лучше уж в «Петиции». Грил знал, что делал, когда предлагал мне эту работу: вместе с ней в моем полном распоряжении оказался целый охотничий домик.
Но как только я открыла почту, все мысли о возможных делах моментально испарились: Милл написала мне письмо.
Малышка, есть новости.
Стеллан нашел какого-то Леви Брукса, и я поняла, почему имя кажется знакомым. Если коротко – это тот самый парень, который сжег амбар на ферме у Бланкеншипа примерно десять лет назад. Помнишь такое?
Теперь в деталях: Бланкеншип обычно пускал ребят, которые переживали не лучшие времена, пожить у себя в амбаре, пока не найдут что-то более подходящее. Однажды Брукс постучал к нему в дверь среди ночи, разбудил и попросил подвезти до города. К тому моменту он был пьян до зеленых чертей и, когда Бланкеншип его послал, поджег его амбар, да еще и весь скот там убил, мразь.
Мы не знаем, твой ли это Брукс или в этом мире два мерзавца с таким именем, но ребята ищут.
Разумеется, фото арестованного куда-то делось. Если помнишь, тогда состоялся судебный процесс, но адвокат Брукса смог продавить тему обоснованных сомнений, и ему позволили дальше бродить по миру и, возможно, терроризировать мою малышку. Стеллан озадачился до изумления, но его грудастая (зато умненькая) секретарша Мелани делает все, чтобы найти фото.
Мне все еще непривычно видеть кого-то другого за столом дедушки, но Стеллан – хороший мужик. Мелани с тобой не тягаться, конечно, но она соображает, хоть и покупает блузки на два размера меньше, если понимаешь, о чем я.
Надеюсь, скоро сообщу еще новости.
«Да, очень хорошо понимаю», – сказала я вслух, дочитав мамино письмо.
Боже, неужели мы уже настолько продвинулись и скоро его поймаем? Не мы, но моя мама. Вдруг ее усилия увенчаются успехом? И Брукс вполне может прятаться за каким-то углом в Миссури, куда моя мама как раз направляется?
Я боялась давать надежде волю. И очень боялась за маму, но в очередной раз напомнила себе, что ее невозможно остановить.
И было что-то еще… что-то из того, что сообщила мне мама, не давало мне покоя. И это точно не был очевидный факт, вроде совпадений в именах, а что-то еще. Никак не получалось уловить мысль.
Я снова перечитала письмо, надеясь понять, на что подсознание изо всех сил старается обратить мое внимание.
Что же это?
Я даже не успела как следует подумать, как внизу экрана появилось уведомление о новом письме. На этот раз от детектива Мэйджорс.
Бет, это портрет того мужчины из Калифорнии. Только что зарегистрировали в системе. Посмотрите и напишите.
