Классический влюбленный, воздыхатель и несчастная пешка в жизни. Такой убивать не станет, еще и с розами, разве что ради мести за предательство любимой. Но тогда он бы изобрел или нечто собственное, или в панике бы убежал, а не плел им и резал косы да таскал из протухшего ведра розы. Опять же, вряд ли Жиль признался ему, что их выбросил, и на задний двор не впустил бы.
Обманывал ли?.. Или просто не хотел, чтобы их связали с Лорелеей? Умолчал и про то, что в тот день Лорелея скрывалась на его чердаке — в свете тайного и безнадежного воздыхания это не так ужасно.
Но существовала еще рукопись, и словно в ней и была вся соль.
Стоит проверить, что сталось с рукописью Бретта. И что в принципе в этой рукописи. Спросить редактора?.. Того, что ее якобы прочел. Кензи поставила одну и вторую галочки. Спохватилась — вода уже начала кипеть.
Чай заваривала машинально, как станок на фабрике.
Разве не попыталась бы Лорелея вернуть рукописи? Она бы попыталась. Коль это ее детище, то, на что она возлагает надежды, а попало к отбросам общества…
Кензи тихо засмеялась. Прав был Колин, сказав, что они похожи. Она бы забрала и оставила тех с носом. Лорелея ведь вряд ли считала, что получился у нее «дурной готический роман». Она собиралась издать «шедевр» о нашумевшем.
Но куда она пошла, когда сбежала от Дидье после первого убийства?.. Может быть, именно за рукописью? А может, не сбегала никуда?.. Было ли ей к кому идти?
К… Бретту?.. Который якобы уехал на континент?..
А ведь это была бы хорошая идея! Раз у Александра были ключи от ее квартиры, может, это взаимно? Отличная возможность забрать хотя бы одну рукопись.
Как жаль, что ночь задерживает и сделать сейчас ничего нельзя… Придется ждать, пока она не кончится. Мун зевнула. А вот случиться за это время может очень даже многое. Ее новый столичный мир встал с ног на голову.
А в одежде рабочего удобно — было последней яркой мыслью.
* * *
— Мисс Мун, — суровый надтреснутый голос заставил вздрогнуть всем телом, дернуться, будто провалившись.
От движения затекшей шеей где-то за ушами больно щелкнуло. Кензи сморгнула: миссис Матильда Блер опиралась на трость и внушительно возвышалась по ту сторону стола. Ее работодатель. Ха… всегда такая строгая, сухая в механизме как чувств, так и скелета: улыбка на выхолощенном лице миссис Блер — редкий гость, а осанка и посадка траурного платья безупречны. В ухоженной руке миссис Блер сжимала листок бумаги, а за ее спиной в окне серело дождливое раннее утро; фонари, должно быть, погасили не более четверти часа назад.
Матильда Блер имела склонность нагрянуть ни свет ни заря, свято веруя, что любая уважающая себя женщина должна вставать с рассветом, а лучше — еще до него. И приниматься за дела. Например, проверять работу нерадивых гувернанток.
— Миссис Блер?.. — сонно проговорила Кензи, пытаясь сбросить с себя сон, вспоминая, что она заснула на кухне, в мужской одежде, записывая собственные версии дела Лорелеи.
Версии!
Именно они были на том клочке бумаги в руке миссис Блер. Кензи досадливо цокнула языком и вскочила, запоздало протягивая руку за листком.
Миссис Блер этого только и ждала, потому как потрясла бумагой и ледяным голосом поинтересовалась:
— Что это такое?
Сейчас, Кензи Мун, ты вылетишь из этого благосклонного некогда к тебе дома.
— Миссис Блер… — собственный голос прозвучал как овечье блеяние. — Это мои… записи. Не соблаговолите…
— Миранда Митчем говорит, вчера вас привез домой джентльмен, — торжественно добавила новый факт в копилку грехов миссис Блер и, шумно отодвинув стул, села. — Куда вы ездили в дождь? И что это за джентльмен? Завела себе кавалера?
Кензи сцепила пальцы. Вот о чем надо было думать вчера, а не версии калякать… И неожиданно ответила вчерашними словами Доры:
— Вы не говорили, что вы против. Он инспектор из Скотленд-ярда.
— А кто сказал, что я против, — неожиданно смягчилась миссис Блер и опустилась на стул по другую сторону стола. Жестом предложила девушке последовать ее примеру.
Вот. Инспектор Скотленд-ярда — это вам не бирюльки.
— Вот, значит, кто присылал тебе цветы все это время. Но бросать ребенка ради кавалера, даже если он инспектор…