Тонущая женщина полностью

Что касается приведения в порядок моих дел… Трудно сказать, что Рашель имеет в виду. Почти всю взрослую жизнь я провела под опекой мужа, в его полном подчинении. Во многом я как маленький ребенок. Самые простые финансовые операции недоступны моему разумению. Собственных банковских счетов у меня нет. Как платить налоги, я не знаю. Не знаю даже, принадлежат ли мне какие-либо ценности или все они находятся в собственности Бенджамина.

Запихивая в чемодан стопку носков, я слышу звонок в дверь. У меня екает сердце. Добрых вестей я не жду.

Спотыкаясь, спускаюсь по лестнице. Осознаю, что затаила дыхание. Делаю медленный вдох, пытаясь успокоиться, пока иду к входной двери. Через стекло вижу полицейского, которому поручено меня охранять. На лице его беспечное, почти веселое выражение. Я немного расслабляюсь, заметив рядом с ним Ванессу Вега. На ней джинсы, короткая куртка и модные туфли без каблуков. В руках – лоток с каким-то блюдом. Я испытываю облегчение, даже бодрящую радость. Ванессу вряд ли можно считать моей подругой, но она всегда относилась ко мне по-дружески. Я открываю дверь.

– Это свои, – говорю я полицейскому, не дожидаясь его вопроса, и приглашаю Ванессу в дом.

– Принесла баклажаны с пармезаном, – улыбается она, кивая на лоток. – Разогреешь в духовке при ста восьмидесяти градусах в течение часа.

– Спасибо. – От ее доброты у меня перехватывает горло. – Я очень тебе благодарна.

– Это лишь повод, – объясняет она, понизив голос. – Нужно поговорить.

– Конечно. Тогда, может быть, чаю?

– Нет времени. Дэвид не хотел, чтобы я ехала к тебе, но я сказала, что ты моя подруга. Было бы неприлично хотя бы не отвезти тебе запеканку.

Подруга. Хотя наши отношения сводились лишь к демонстрации внешнего блеска.

Ванесса идет на кухню.

– Бенджамина отпустят, – начинает она, убирая запеканку в холодильник. – Это ты понимаешь, да?

– Мой адвокат сказала…

– Дэвид и остальные компаньоны занимаются только его делом, – продолжает Ванесса, перебивая меня. – Они дотошные и блестящие юристы. И беспощадные. Хейзел, они добьются, что дело закроют. Это лишь вопрос времени. Ты должна быть к этому готова.

У меня слабеют ноги, и я опускаюсь на высокий табурет. Ванесса садится рядом.

– Тебе нужен свой адвокат.

– У меня уже есть адвокат. Адвокат по правам потерпевших.

– Отлично. Нужен еще адвокат по бракоразводным делам. – Она вопросительно смотрит на меня. – Ты же наверняка хочешь с ним развестись.

– К-конечно, – с запинкой отвечаю я, хотя мои мысли заняты более насущными проблемами. Такими, как угроза моей жизни.

– А твой брачный договор утратил силу, раз он планировал тебя убить. – Информированность Ванессы меня восхищает. Она что – тоже когда-то была юристом? Или помощником юриста? Или уже пережила развод? Я никогда не интересовалась, чем она занималась до того, как вышла замуж за Дэвида Вегу. – Твои кредитные карты по-прежнему у тебя?

– Да.

– Отправляйся в банк и сними побольше наличных. Бенджамин заблокирует их при первой возможности. – Ванесса осматривается. – У вас в доме много ценных вещей. Картины. Скульптуры. Найми консультанта по предметам искусства. Я пришлю тебе фамилию специалиста.

– Спасибо.

– А что с твоей компанией? – уточняет она, поворачиваясь ко мне.

– С компанией?

– Бенджамин зарабатывает бешеные деньги. Наверняка часть доходов он проводит через компанию, зарегистрированную на твое имя. Ты что-нибудь такое подписывала?

– Да я много чего подписывала. Подписывала все, что он просил.

– Хейзел, ты должна получить доступ к тому аккаунту. – Порывшись в своей элегантной сумочке, Ванесса достает кошелек в том же стиле, а из него – визитку, – и протягивает ее мне. – Джордж Скофилд – специалист по судебной бухгалтерии. Позвони ему.

Я тупо смотрю на карту.

– Я… я даже не понимаю, чем он занимается.

– Джордж узнает, сколько Бенджамин заработал за годы вашего супружества. Наверняка эти деньги спрятаны… осели на офшорных счетах, вложены в разные предприятия, потрачены на приобретение предметов искусства и антиквариата. А Джордж – большой мастер по выкапыванию трупов. – Сообразив, что ляпнула не то, она тихонько похлопывает меня по ладони. – Нет, не в прямом смысле.

Грудь налилась свинцовой тяжестью – не продохнуть. Я не представляю, как это можно сделать. Нанять адвокатов, бухгалтеров, бороться за то, что по праву принадлежит мне. Глаза заволакивает пелена слез.

Ванесса потирает мне спину.

– Конечно, сразу все это очень трудно осознать. Но я не могла безмолвно наблюдать, как Бенджамин губит тебя. Так же, как погубил и свою первую жену.

– Первую жену? – резко вскидываю я голову.

– Он что – не сказал тебе про Каролину? – И так ясно, что нет. – Боже мой, – бормочет Ванесса, качая головой. – Нам велели никогда не упоминать о ней. Якобы тем самым мы поставим Бенджамина в неловкое положение. А Дэвид говорил, что тот брак был просчетом. Ошибкой. Что Бенджамин не должен всю жизнь страдать из-за глупости, совершенной много лет назад.