Не дождавшись ответа, он вернулся в прихожую за чемоданом, закрыл дверь и заглянул в комнату Рокко.
— Рок! — негромко позвал Эдж.
Ответа опять не последовало. Джонни щелкнул выключателем. В комнате никого не было.
Он отнес чемодан в свою комнату и положил на кровать. Странно, что Рокко нет дома. Может, Джейн забыла показать ему телеграмму, но Джейни никогда ничего не забывала. Интересно, куда он подевался?
Джонни снял пальто и шляпу и начал разбирать вещи. Первым делом достал из чемодана фотографию Далси и поставил на комод. Он нежно улыбнулся.
Фотографию сделали на студии всего несколько дней назад. Хороший снимок отлично подчеркивал глубину ее глаз, красивый изгиб губ, ровные белые зубы и волосы, беспорядочно спадавшие на плечи.
Славная девочка, подумал Джонни, возвращаясь к чемодану. Она очень расстроилась из-за его неожиданного отъезда, даже хотела бросить съемки. Джонни улыбнулся, вспомнив, как ему пришлось уговаривать ее остаться в Голливуде. Несколько недель она больше всего на свете хотела сниматься в этой картине, зато он возражал. А сейчас все изменилось — Далси хотела бросить съемки, а он уговаривал ее остаться.
Далси не понимала, что значит запустить картину. Это не только вопрос денег, объяснял он жене, но и многое другое. Люди, которые работали с ней, сильно обидятся, если она уедет. Но окончательно убедили Далси его слова о том, что кино не отличается от сцены. Спектакли должны идти при любой погоде и все такое. Джонни вспомнил, как радостно засветилось ее лицо, это она могла понять. В конце концов не зря же она всю жизнь провела вместе с семьей на сцене.
Далси тепло улыбалась с фотографии, и Эдж улыбнулся в ответ. Умница. Надо будет перед работой заказать рамку. Она заслуживала ее. Далси даже всплакнула. Она попыталась скрыть слезы, но он заметил, что она плакала. Эджу было приятно вспоминать это.
Разобрав чемодан, он выпрямился и начал расстегивать рубашку. Автоматически взглянул на часы и нахмурился. Третий час ночи. Где, черт побери, этот Рок?
Джонни Эдж неожиданно рассмеялся.
— Ты становишься сварливой старухой, — упрекнул он себя. — Должен же мужик веселиться!
Он разделся и отправился в ванную чистить зубы. Потом надел пижаму, сел на край кровати и решил снять протез.
Часы на ночном столике показывали почти три. Может, Рокко оставил в своей комнате записку? Джонни пошел к нему.
Он забыл выключить свет в комнате Рокко. Вошел в центр и огляделся по сторонам. Импульсивно заглянул в комод. Ящик оказался пустым. Он выдвинул остальные ящики, тоже пустые.
Джонни подошел к шкафу — вся одежда Саволда исчезла. Он медленно закрыл дверцу и задумчиво вернулся к себе. Интересно, куда уехал Рок и почему не предупредил?
Потом Джонни вспомнил, что Рокко и не мог предупредить его — они не разговаривали с того вечера в Калифорнии, а когда он звонил в Нью-Йорк, Рокко не было на месте. Джонни закурил и присел на край кровати.
Как-то странно и неуютно без него. Квартира казалась пустой. Неожиданно его лицо посветлело. Все просто. Естественно, Рокко подумал, что он вернется с Далси, и поэтому съехал. Как это он раньше не догадался? Вот так взять и уехать очень не похоже на Саволда.
Джонни, улыбаясь, отложил сигарету. Он уговорит Рока утром в конторе.
Эдж расстегнул ремни, снял протез и лег. Выключил свет, долго лежал в темноте с открытыми глазами. Он скучал по другу. Перед ним возникло лицо Далси, и он подумал, засыпая: «Невозможно иметь все».
Спал Джонни плохо. Даже во сне его преследовало чувство одиночества. Странно, но даже Далси не смогла избавить его от этого.
— Доброе утро, Джейни, — поздоровался Джонни Эдж, входя в приемную.
Секретарша подбежала к нему и протянула руку.
— Значит, ты уехал и женился? Ты смылся от меня, черт возьми!
Джонни громко рассмеялся. Ему было приятно держать руку Джейн Андерсен.
— Разве так говорят с боссом, который недавно женился?
Она смотрела на него несколько секунд смеющимися глазами.
— Берег, кажется, чист. Я что-то не вижу твоей жены. Поэтому можно тебя и поцеловать.
— По-моему, можно, — кивнул он, держа ее за руку.
Джейн Андерсен быстро поцеловала его в губы и серьезно посмотрела на него.
— Желаю счастья, Джонни, — искренне пожелала она. — Надеюсь, ты будешь очень счастлив.
— Буду, — уверенно ответил Эдж. — Я очень счастливый человек. — Он снял пальто, шляпу, отдал секретарше и подошел к двери в свой кабинет. Затем оглянулся. — Скажи Рокко, чтобы зашел, — попросил Джонни, продолжая улыбаться. — Я должен с ним поговорить.
Вешая пальто, Джейн кивнула, и Эдж скрылся в кабинете.
Он начал просматривать почту. Зазвонил телефон.
— С тобой хочет поговорить Ирвин Баннон, — сообщила Джейн.
— О’кей, — ответил он. Услышав щелчок, Джонни поздоровался: — Привет, Ирв.
— Джонни, сукин ты сын, ты провел всех нас! — завопил Ирвин Баннон.
Джонни Эдж улыбнулся. Наверное, подумал он, слова придется слушать сегодня целый день. Впрочем, этого следовало ожидать.
— Нет, Ирвин, — возразил он. — Для меня это оказалось такой же неожиданностью, как и для всех остальных.
