— Необходимо как можно быстрее из этого делать короткометражный фильм. Поезжай в Вашингтон с группой. Я хочу, чтобы вы сняли все самое важное. Отправляйтесь не позднее, чем через два часа.
Эдж и Дорис вышли из хроникальной. На несколько секунд он совсем забыл о девушке. Когда Дорис дотронулась до его руки, он остановился и удивленно посмотрел на нее. С ее бледного в желтом свете коридорных ламп лица на него смотрели широко раскрытые глаза.
— Молодец. — Он подошел к своему столу, сел и закурил. Что делать, если начнется война, думал Эдж? Он одновременно и не знал, и знал ответ. Когда твоя страна участвует в войне, остается только один выход. Не в силах сидеть спокойно, он заерзал на стуле. Наконец, не вытерпел и встал.
— Пойду к Ирвину. Скажешь, когда соединят с Джо.
Джонни Эдж вышел из комнаты.
Дорис проводила его взглядом. Она сидела молча. Девушка заметила нервозность Джонни, и внутри нее что-то сжалось и напряглось так, что она едва могла дышать. Лицо побледнело.
Джейн сочувственно посмотрела на Дорис. Она подошла к ней и взяла за руку.
— Волнуешься?
Дорис кивнула. Она стойко боролась со слезами, которые уже дрожали в ресницах.
— Ты его любишь, — объявила Андерсен.
— Я его всегда любила, еще с детства, — хрипло прошептала девушка. — Он мне часто снился, и тогда я еще не догадывалась, что это значит. Но пришел день, когда и поняла.
— Он тебя тоже любит, — тихо сказала Джейн, — но не знает этого.
В глазах девушки заблестели слезы.
— Знаю. Но если начнется война… и Джонни уйдет воевать… он может так и не узнать, что любит меня.
— Не беспокойся, узнает. — Джейн ободряюще пожала руку Дорис.
— Ты правда так думаешь? — сквозь слезы улыбнулась девушка.
— Конечно, узнает, — заверила ее Джейн Андерсен, а сама подумала: «Бедняжка, ты даже не догадываешься, как все плохо».
Когда телефон на столе Джонни зазвонил, они обе вздрогнули.
— Я дозвонилась до Лос-Анджелеса, — сообщила телефонистка.
— Минуточку, — ответила Джейн. Она закрыла мембрану ладонью и попросила Дорис: — Не сбегаешь за Джонни?
Дорис была рада хоть что-нибудь сделать. Она чувствовала себя лишней и никому не нужной. Девушка улыбнулась Джейн Андерсен, кивнула и выбежала в коридор.
Через минуту она вернулась с Джонни, который взял трубку у Джейн.
— Привет, Джо!
— Привет, Джонни! — ответил Тернер. — Что-нибудь случилось?
— Президент велел поставить пушки на торговые корабли, — напряженным голосом ответил Джонни. — Теперь, похоже, войны не миновать.
— Я предполагал, что это произойдет позже, — присвистнул Джо. — Что мне нужно делать?
— Ты еще не закончил картину о войне?
— Сегодня утром отсняли последнюю сцену, — гордо ответил Джо Тернер.
— Тогда немедленно отправляй ее в Нью-Йорк. Если сейчас мы ее пустим в прокат, мы здорово заработаем, — сказал Джонни Эдж.
— Я не могу сейчас ее отправить. Ее необходимо отредактировать и сделать титры. Это займет недели две, как минимум.
— Мы не можем так долго ждать, — после небольшой паузы сказал Эдж. — Знаешь, что мы сделаем? Бери лучшего редактора, двух сценаристов, несколько аппаратов перемотки и садитесь вечером на поезд. Займите два смежных купе. Отредактируйте картину по дороге и напишите титры. К приезду в Нью-Йорк все должно быть готово! Здесь смонтируем титры и начнем печатать копии.
— Не знаю, получится ли это, — с сомнением произнес Джо. — Слишком мало времени.
— Все у тебя получится, — уверенно заявил Джонни Эдж. — Я всех предупрежу, что к следующей неделе картина будет готова.
— Господи! — не выдержал Джо Тернер. — Ты ни капли не изменился. Так до сих пор и не научился ждать.
— Мы не можем ждать!
— Что говорит Петер?
— Не знаю, — ответил Джонни. — Он еще не приехал.
— Ладно, ладно, я попробую, — сдался Джо.
— Отлично. Я уверен, что ты все сделаешь. Придумал название?
— Пока нет. У нас она шла под названием «Военная история».
— О’кей, — сказал Джонни. — К твоему приезду в Нью-Йорк что-нибудь придумаем. — Он положил трубку и посмотрел на женщин. — Может, из всего этого что-нибудь и выйдет.
— Джонни! — изумленно воскликнула Дорис. — Как ты можешь так говорить? Думать об извлечении прибыли из немецкой агрессии против всех этих невинных людей! Как ты мог?
Эдж ошеломленно уставился на девушку, даже не уловив упрека в ее словах. Он схватил ее за руки и начал возбужденно их сжимать.
— Правильно, Дорис, правильно!
— Что правильно? — еще более изумленно спросила Дорис Кесслер.
Вместо ответа Джонни повернулся к Джейн и быстро проговорил:
— Передай всем прокатчикам и продавцам, а отдел рекламы пусть немедленно приступает к работе. Записывай. — Он подождал, пока Джейн приготовит карандаш и лист бумаги. — «Магнум Пикчерс» объявляет о выходе в прокат своей последней и самой лучшей картины «Война против невинных», которая на следующей неделе будет готова к показу. Эта картина обличает все зверства немцев, о которых мы читаем в газетах. — Он на некоторое время замолчал и посмотрел на Джейн Андерсен. — Знаешь что? Пошли это в отдел рекламы. Пусть перепишут и разошлют.
Когда Джонни Эдж повернулся к Дорис, на его лице играла широкая улыбка.
