Санаторий «Осетия» располагался в предгорье Кавказского хребта недалеко от Военно-Грузинской дороги на левом берегу реки Терек. Оформление заняло несколько минут, после чего Виктору был предоставлен одноместный номер на втором этаже со всеми удобствами и стоящим в углу телевизором. Утром следующего дня был осмотр лечащим врачом, назначившим прохождение лечебных процедур. При санатории был бассейн, где с утра проводились сеансы лечебной гимнастики, а после обеда можно было свободно поплавать. Из возможных процедур ему были назначены сеансы грязелечения, направленные на избавление от болей в спине, что можно было рассматривать как самый ценный элемент лечения. В ресторане Виктору было определено место за столом, где его соседями были военный пенсионер Анатолий Лукич, женщина средних лет Ангелина Юрьевна и женщина лет тридцати Роза Алексеевна, просившая называть её только по имени. В общении Анатолий Лукич придерживался либеральных взглядов на всё происходящее, никого не осуждал и ничем не восторгался, политические события не комментировал. Если что и обсуждал, то только спортивные достижения. Ангелина Юрьевна постоянно высказывала взгляды, близкие к пуританским, осуждая девушек за короткие юбки и развязное поведение, выражающееся в доступности к парням. Роза, носившая относительно длинную юбку, никогда разговор не начинала, лишь иногда соглашалась с высказываниями Ангелины Юрьевны. По вечерам на танцплощадке собирались любители такого вида увлечений – главным образом молодёжь и, как ни странно, представители старшей возрастной группы, в которой можно было видеть старушек, живущих минимум на седьмом десятке, с обилием большого слоя косметики на лицах, и небольшого количества их партнёров мужского пола. Старичков на всех старушек не хватало, и некоторые такие бабушки завлекали на танцы кое-кого из молодых парней, и во многих случаях небезуспешно. Иногда на танцплощадку пытались пройти кое-кто из местных джигитов, но во избежание конфликтов представители правопорядка их отгоняли.
Что касалось Виктора, то такие санаторные танцы как предмет увеселения его не привлекали, он мог рассматривать их только как возможность нового привлекательного знакомства и считал целесообразным приблизиться к танцплощадке лишь как зритель и находясь далеко не в первых рядах. Возле танцплощадки он заметил Розу, которая, как ему показалось, раздумывала: идти ей туда или нет. Подойдя к ней, он спросил:
– Оцениваете обстановку, стоит ли туда идти?
– Можно было бы, но я не люблю такие быстрые танцы.
– Что поделаешь – вальс и танго сейчас не в моде.
– Лучше погулять у берега горной реки.
Они прошли по парку к берегу Терека. Река была неширокая, но с очень быстрым и шумным течением. В парке было много скамеек, и они заняли одну из них. Выяснилось, что Роза живёт в Тульской области и работает учительницей русского языка и литературы в одной из средних школ. Из её слов можно было понять, что она уже прошла тридцатилетний рубеж, и её угнетает, что современные мужчины совершенно не соответствуют образам из классической литературы прошлого и нынешнего веков, когда мужчина был готов сражаться за женщину. Виктор не стал ей возражать, лишь изредка задавал вопросы относительно моды и поведения современных девушек. На это она также высказала осуждение, что уже многие школьницы рано начинают интересоваться вопросами секса и зачастую в старших классах становятся женщинами. Он попытался ей объяснить, что всё в жизни меняется и ей лучше это понять и адаптироваться к изменяющейся обстановке, после чего обнял её и слегка притянул к себе. Она не сопротивлялась и тут же слилась с ним в крепком поцелуе, по её телу прошла слабая дрожь, но спустя пару минут она, как бы спохватившись, резко от него отстранилась.
– Не надо, так ты меня развращаешь.
– А как ты хочешь? Тебе же такое приятно? Здесь темно, нас никто не видит.
– Да, но это как-то всё пошло.
– Как ты хочешь, чтобы было не пошло? Петь серенады?
– Ну не знаю.
Он снова обнял её, она сперва немного сопротивлялась, но потом перестала. При массаже груди она периодически начинала тяжело дышать и дрожать, затем успокаивалась, как бы переходя в режим благотворного отдыха. Музыка на танцплощадке затихла, люди стали расходиться, так как всем надо было отходить ко сну. Виктор проводил Розу до её спального корпуса, подойдя к которому она пожаловалась, что там душ есть только в отдельном отсеке, и ей придётся ждать туда очереди. Услышав такое, он предложил ей зайти к нему в номер, где были все удобства, но она ответила, что уже поздно и, может быть, она это сделает в другой раз.