– Так и есть, Эдик. Было время, я сомневалась, но поняла, что люблю, только когда он уехал.
– И где же он сейчас?
– Не знаю, может, и в Москве, только он слишком строг, вряд ли меня поймёт.
– Если любит – поймёт.
– Вряд ли. Он прощать не умеет… Смотри, поезд тронулся, туалеты открылись, иди туда, умывайся.
– Если не здесь, то дома умоюсь.
– Ладно, иди, прошу тебя.
С новым электровозом поезд быстро набрал скорость. За окнами мелькнула станция Чехов, затем Подольск, и вскоре вернувшийся с полотенцем в руках Эдик объяснил, что они проехали Московскую кольцевую автомобильную дорогу и пересекли административную городскую границу Москвы. Поезд начал сбавлять скорость, пассажиры стали собирать свои вещи и готовиться к выходу. По прибытии на Курский вокзал Эдик помог родителям Люды поднести вещи, так как у него был только небольшой рюкзачок. Перед расставанием он вручил Люде листок бумаги с номером своего домашнего телефона на всякий случай, если она вспомнит о нём или ей потребуется какая-либо помощь. Перед входом в метро их окликнул мужской голос:
– Николай Васильевич, это вы?
– Аркадий Николаевич, какими судьбами?
– Я с дачи еду, а вы какой путь держите?
– Мы по профсоюзной путёвке, после отдыха в Сочи возвращаемся. Вот решаем задачу, как на Казанский вокзал переехать.
Узнав, когда у них будет следующий поезд, Аркадий предложил им сдать вещи в передвижную камеру хранения с получением на Казанском вокзале и поехать отдохнуть к нему домой, так как у них оставался промежуток времени больше семи часов. Сидеть такое время в зале ожидания на вокзале с маленьким ребёнком было бы более чем утомительным. Они спустились в метро и доехали до станции «Сокол». По выходе на поверхность они немного прошли по улице, далее через арку вышли во двор большого дома и направились к подъезду, где располагалась его квартира. Ощутив в сравнении с шумной улицей тишину московского двора, они услышали грозный окрик женского голоса:
– Товарищи, стойте! Народный контроль. Объясните, почему вы в рабочее время не на работе!
К ним приблизилась группа из двух женщин и одного бравого старичка с красными повязками на левых руках. Аркадий показал им своё служебное удостоверение и объяснил, что у него сегодня выходной. Николай Васильевич и Тамара Михайловна также показали им свои паспорта, сведения из которых эти работники аккуратно переписали, сопроводив свои действия грозным заключением:
– Всё проверим. Если обманываете, понесёте наказание.
Возле подъезда Аркадий объяснил:
– Андроповские удары по дисциплине. Такова наша действительность.
Они прошли в подъезд, поднялись на лифте на нужный этаж. Дверь в квартире открыла жена Аркадия, Лариса, которая уже была с ними знакома по бытности её приезда в их посёлок, в то время, когда она увезла оттуда своего мужа. Она накормила их завтраком, они перешли в свободную комнату, где можно было расслабиться и отдохнуть. Естественно, Аркадия интересовало всё, что произошло в посёлке и на предприятии после его отъезда. Николай Васильевич рассказал, что какое-то время, пока обязанности директора предприятия исполнял Виктор Константинович, дела шли нормально, но, после того как он уволился и был назначен новый директор, возникло систематическое недовыполнение плановых показателей. Начались конфликты, люди стали увольняться, усилился существовавший и ранее кадровый дефицит. О себе он сказал, что начинает подсчитывать время, когда сможет уйти на пенсию. Попутно возник вопрос, известно ли что Аркадию о том, куда уехал Виктор и что с ним сейчас. Покачав головой, Аркадий ответил:
– Знаю только то, что от вас он уехал в Воронеж, к своим родителям. Там его приняли на работу в один местный институт на должность профессора по приказу на год с расчётом, что к истечению этого срока ректор объявит конкурс и его изберут на эту должность по контракту на пять лет. Конечно, у него было преимущество, что доктора наук по механике всюду нужны. Там он проработал около полугода, но возникла проблема из того, что от того срока год назад он ездил в Болгарию по приглашению одного профессора из Софийского университета. Так вот, работники КГБ выяснили, что к этому профессору он не приезжал, а две недели провёл в курортном посёлке на берегу Чёрного моря, где встречался с израильской эмигранткой, с которой познакомился ранее в Москве, ещё когда он был аспирантом, до отъезда её семьи из Союза.
– Аркадий!
Раздался раздражённый окрик Ларисы, дёрнувшей его за плечо и указавшей рукой на телефон. Аркадий махнул рукой, но Лариса принесла из соседней комнаты подушку и накрыла ею телефонный аппарат. Аркадий продолжил: