В конце второй недели января отчёт был составлен, и надо было решить вопрос с его доставкой в управление. По всем правилам с главным бухгалтером туда должен был ехать директор, но Аркадий сослался на плохое самочувствие и попросил сделать это Виктора, поскольку его подпись имеет такую же юридическую значимость. Тогда для сдачи отчёта Таисию Вячеславовну повёз Виктор. Она была достаточно опытным работником по этой части, так что особых вопросов в управлении к ним не возникло. На обратном пути она выразила желание зайти в центральный универмаг. Виктор предложил ей вариант, что, пока она будет ходить по магазину, он съездит по другому адресу, а через час будет ждать её возле универмага на том месте, где её высадил. Она согласилась, и он воспользовался такой паузой, чтобы заехать в институт, сдать рецензии по проверенным курсовым проектам и получить новую порцию проектов для проверки.
Когда он на кафедре решал такие вопросы с Инной, проходящий мимо профессор Савинов попросил его, как он закончит дела с проектами, зайти к нему в кабинет. Инна приняла готовые рецензии, указала, где ему надо расписаться в книге учёта проектов, выдала ему пачку новых проектов. Виктор зашёл в кабинет заведующего, Александр Яковлевич указал ему на стул.
– Виктор Константинович, у меня к вам не столько просьба, сколько предложение познакомиться с одним человеком. Он работает в закрытом предприятии на высокой должности. Объясню суть вопроса. Мы с ними немного сотрудничаем по науке, и два года назад он попросил меня взять в аспиранты его сына. Я объяснил этому сыну всё, что необходимо ему для написания диссертации, но, как вы уже слышали, на детях часто природа отдыхает… Этот сын оказался туповатым и два года просто болтался, да и сейчас бездельничает. А диссертацию нужно представлять к сентябрю. Если вы уловили мою мысль, то, выражаясь открытым текстом, я прошу вас подумать о возможности помочь в вопросах написания диссертации.
– Надо полагать, заново написать диссертацию?
– Если открытым текстом, то да.
– А как формулируется тема?
– Я ему давал тему по совершенствованию логистики перевозок сельскохозяйственной продукции, но, как могу видеть, на сей день результат нулевой.
– Это от меня далековато, мне ближе тема по повышению надёжности автомобилей после ремонта. Там можно сделать статистический анализ и синтез результатов.
– В добрый путь. Меня устроит любая тема, только чтобы она укладывалась в паспорт специальности.
– Какие-нибудь публикации у этого аспиранта есть?
– Есть каких-то пара статей, но вы понимаете, за оставшийся период надо и этот пробел наверстать. Сборники трудов будут формироваться у нас на кафедре, у Судакова весной будет конференция, можно воспользоваться депонированием, так что здесь проблем быть не должно.
– Хорошо, я подумаю. Сколько у меня на это времени?
– Чуть больше двух недель. В конце января у Судакова будет защита его аспирантки Кудряшовой, где мы вместе будем выступать оппонентами. Так вот там к вам подойдёт отец этого моего горестного аспиранта, он вам выскажет свои предложения, вы всё взвесите и примете итоговое решение.
– Хорошо.
Выйдя из института, новые проекты он положил в багажник, чтобы не вызывать лишних вопросов. Немного раньше чем через час он подъехал к универмагу на прежнее место, но главбуха пока не было. Минут через тридцать после истечения оговорённого времени она с покупками в руках вышла из универмага и разместилась в автомобиле. Обратная дорога была с наличием обледенелых или заснеженных участков, так что двигаться с хорошей скоростью не получалось, однако пару опасных обгонов всё же пришлось совершить. Некоторое время они ехали молча, но далее она заговорила.
– Виктор Константинович, я смотрю, вы хороший водитель.
– Не знаю, в конкурсах по такому делу не участвовал.
– А вот Аркадий Николаевич за рулём совсем не ездит.
– Я ему предлагал попрактиковаться, но он что-то не хочет. И вот сегодня нас одних отправил.
– Тяжело ему, по своей бывшей жене тоскует и на этой почве ещё выпивать начал.
– Не понимаю я этого, неужели нельзя себя пересилить?
– Не каждый человек такое может. Вот вы свою бывшую жену вспоминаете?
– Нет, что она могла получить – то получила, у меня теперь другая функция.
– Но у вас же ребёнок есть, для вас это что-то значит?
– Значит, но ребёнок уже запрограммирован на то, что отец есть самый плохой человек на свете. Сейчас мне обозначаться там нет смысла. Подойдёт время – возникну.
– Манипулировать ребёнком – это плохо.
– Плохо, но там мне не отведено никакой роли. Остаётся только принять вызов и наметить план действий, если так можно выразиться.
– Жёстко вы рассуждаете. И фамилия у вас какая-то звериная – Бирюков. Кто такой бирюк, что за зверь такой? В народе такое слово часто звучит, но в зоологии я такого зверя не знаю. Может быть, вы разъясните?
– Как-то не задумывался. Могу предположить, что это, например, одинокий волк, который живёт вне стаи и всё делает один, сам, без надежды на чью-то поддержку.
– По вам это похоже: вы всё делаете один. Даже на машинке сами печатаете.
– Значит, я зверь.