В их диалоге всё больше стали присутствовать слова типа «милый», «милая» и, конечно же, «любовь» во всех возможных производных формах звучания этого термина. Клава выглядела необыкновенно красивой с новой причёской и небольшой долей косметики. Она накрыла праздничный стол, Виктор поставил заранее купленную бутылку шампанского и подарил ей большую коробку шоколадных конфет куйбышевской фабрики, зажёг большую парафиновую свечу и погасил свет. Заменителями фужеров им служили обычные гранёные стаканы, что нисколько не снизило градус простого человеческого чувства, официально формулируемого термином «счастье». По телевизору показывали «Голубой огонёк», но им не нужно было ничего, кроме как ощущения, что они вместе. С новогодним поздравлением к народу вместо Брежнева почему-то выступил премьер-министр Косыгин, но, кто бы ни говорил с экрана телевизора, они отметили наступление Нового 1977 года хлопком шампанского и взаимным тостом за решение всех проблем и хорошее будущее. От выпитого вина Клава стала какой-то непринуждённой и ещё более привлекательной. Она прижималась к Виктору, он держал её в руках, массируя плечи и другие участки и получал удовольствие от ощущения того, что ей это приятно.
Новогодняя ночь была долгой, но она не могла быть вечной. Они проснулись, когда на улице уже рассвело. Они позавтракали, допили шампанское и вновь погрузились в безмятежное состояние, из которого не было никакого желания выходить. Быстро подошёл вечер, снова наступила безмятежная ночь, только к утру в сознании стал пробуждаться зуммер напоминания о необходимости возврата к действительности. Клава помрачнела, Виктор как мог пытался её приободрить. Это помогало – она пробыла у него до конца второго дня наступившего года и ушла домой только поздно вечером, поскольку третьего января уже надо было выходить на работу. Коробку конфет она так и не открыла, чтобы отнести её дочке. Виктор чувствовал, что в их отношениях она полностью полагается на него. С одной стороны, это было приятным, но одновременно и удручающим фактором. Он знал, что она ютится в половине дома на двух хозяев, где на её долю отведены две маленькие комнаты, из которых одна кухня, служащая спальней её матери, а в другой комнате располагается она с дочкой. Ему в такую обстановку вторгаться никак нельзя. Взять её в общежитие с ребёнком тоже нельзя, потому как тут же возникнет партийный вопрос с персональным делом «о моральном разложении». Он знал, что в деревенской жизни что-либо скрыть почти невозможно, но пока не замечал ни единого знака по поводу их отношений.
Первый рабочий день наступившего года характеризовался вялостью втягивания сотрудников в рабочий процесс. Вместе с Аркадием они провели планёрку с руководителями участков и познакомили их с планом предстоящих работ. Самым интенсивно работающим подразделением стала бухгалтерия с предстоящим объёмом работ по составлению финансового отчёта за прошлый год. Клаве тоже досталось порядком такой нагрузки, где нельзя ошибаться. В помощь бухгалтерии была подключена секретарша Катя, вынужденная выполнять функцию машинистки, поскольку Света ушла на сессию в техникум. В один из таких дней Виктору позвонила Инна, секретарь кафедры из политехнического института, и сообщила, что для него накопилось несколько курсовых проектов, которые надо забрать для проверки. В институте она отдала ему проекты и сказала, что также надо заполнить бланк для бухгалтерии для оплаты почасовой нагрузки. На проверку одного проекта отводилось пять часов. Подошедший к нему Александр разъяснил, что бланки для почасовой оплаты надо подавать Инне до пятнадцатого числа каждого месяца, чтобы она успела их оформить и передать в бухгалтерию для оплаты в конце этого месяца. По тем проектам, что будут позже, оплата будет по итогам следующего месяца. Виктор посмотрел – в пачке было шесть проектов. По этому количеству он заполнил бланк и передал его Инне. Теперь ему надо подождать начала февраля, чтобы оценить размер перечисляемой ему зарплаты на сберегательную книжку. Вернувшись на работу, он занялся проверкой этих проектов, заполнением по ним рецензий и выставлением оценок. Работа затянулась надолго, и, уже когда все, даже работники бухгалтерии, разошлись, Клава заглянула в его кабинет и села возле стола.
– Ты устала?
– Да, есть малость. Что ты делаешь?
– Проверяю курсовые проекты студентов из политехнического.
– Это там, где та дама работает?
– Нет, она в сельскохозяйственном.
– Тебе за это заплатят?
– Да, где-то в начале февраля. Пойдём ко мне?
– Пойдём, только я очень хочу спать.
Они пришли в комнату Виктора, немного поужинали, Клава сняла одежду, легла в постель и тут же уснула. Он тоже порядком утомился за день и также лёг рядом с ней, осторожно обняв её, чтобы не потревожить, и тут же почувствовал объятие с её стороны. Рано утром она попросила провести её через пожарный отсек, чтобы очутиться на рабочем месте до прихода остальных сотрудниц. Сам он пришёл на работу немного позже.