Приближение конца года прибавило суеты по выполнению производственного плана, ненадолго даже пришлось организовать работу ремонтного цеха в две смены. В итоге все плановые показатели были выполнены, люди получили свои зарплаты и стали решать задачи, где что лучше купить или достать к новогоднему празднику. В последние дни года Виктор заметил, что Вера стала какой-то сумрачной. Он спросил, но она ответила, что скажет ему всё позже. В новогоднюю ночь она, как и год назад, была в его комнате, постаралась организовать ему хорошее угощение и немного повеселела. Под бой курантов они проводили старый 1978-й и встретили Новый 1979 год.
Вера старалась поддерживать хороший настрой весь первый день наступившего года, но к вечеру всё же рассказала, что два дня назад она имела телефонный разговор со своим бывшим мужем. Он, конечно, поздравил её с наступающим праздником и просил возвратиться к нему, говорил, что осознал свою вину перед ней и постарается всё искупить. Ещё он сказал, что та медсестра, с которой он связал отношения, родила ему ребёнка и спустя год скрылась в неизвестном направлении, попросив его дальше её не искать, и даже оставила письменное согласие на лишение её родительских прав. По документам он является отцом ребёнка, которого не хочет никуда отдавать, просит его простить за всё прошлое и вернуться к нему, чтобы вместе растить ребёнка, что никакой другой женщины, кроме неё, он не хочет. Выслушав её, Виктор спросил:
– Всё понятно. Каким может быть твоё решение?
– Не знаю. Мне с тобой хорошо, но мы оба понимаем, что так не может быть вечно.
Он стиснул её в объятиях, она ответила ему тем же, они насладились друг другом, ощущая близость ожидаемого на всём протяжении их отношений финала. Спустя некоторую паузу он спросил:
– Представляешь себя в такой ситуации с ним?
– В данный момент нет, но ты же знаешь, либидо не заглушишь, и рано или поздно придётся преодолеть то, что ранее было отторгнуто, тем более что я хочу иметь малыша, пусть даже не своего.
– Какого пола ребёнок?
– Мальчик.
– Ты морально готова к нему уйти?
– Сейчас нет, мне нужно время, хотя бы несколько дней.
– В изоляции от меня?
– Нет, с тобой мне лучше, я чувствую твою поддержку.
– Моя поддержка будет всегда, как потребуется, ты знаешь.
– Спасибо.
Вновь возникла ситуация, когда он может оставить женщину себе, совершив над ней небольшое, пусть даже слегка приятное ей, моральное усилие. Однако если, следуя логике профессора Судакова, включить дальний свет, то вряд ли в их отношениях можно было просматривать что-то значимое, кроме отягощающейся ситуации, разве что усыновление чужого ребёнка – так у неё теперь это и так будет.
Наступил первый рабочий день нового года, сопровождаемый переключением людей на возобновление ритма трудовой деятельности. Первые две недели интенсивно работала только бухгалтерия, остальные участки действовали как могли в силу полученных сверху указаний. Вера продолжала работать, периодически отлучаясь в районное управление здравоохранения, видимо, для согласования вопросов своего перевода на другое место работы. Традиционная доставка отчёта в автоуправление проводилась, как и годом раньше, в составе первых трёх лиц руководства предприятия. Как и прежде, отчёт был принят без замечаний, однако Таисия Вячеславовна на сей раз не изъявила желания посетить универмаг – они сделали лишь пару остановок возле гастронома и какого-то промтоварного магазина.
На последней остановке Виктор не выходил из машины и, ожидая попутчиков, почему-то вспомнил услышанные сутками раньше слова Веры с просьбой быть поосторожнее на дороге. Он ничего не говорил ей о предстоящей поездке и не совсем понимал смысл произнесённых ею слов. Дорога действительно была далеко не в лучшем состоянии, прошедшие не так давно снегопады заставили интенсивно поработать дорожно-очистные службы, однако на проезжей части после такой уборки почти не осталось участков асфальта, преимущественно была заснеженная или обледенелая поверхность. Когда Аркадий и Таисия Вячеславовна вернулись, Виктор тронул автомобиль дальше. За городом кое-где боковой ветер сносил снег с высоких обочин на проезжую часть, затрудняя видимость. Некоторые смельчаки шли на опасный обгон, но Виктор не торопился злоупотреблять скоростью. Сидевший сзади Аркадий даже спросил его, «почему мы так ползём», но он ответил, что здесь безопасность – прежде всего. Впереди располагался участок подъёма, перед которым следовало бы набрать скорость, но во встречном направлении показался шедший на спуск седельный автопоезд, полуприцеп-фургон которого почему-то начал интенсивно вилять. От греха подальше Виктор притормозил, обратив внимание на расположенный слева съезд на какую-то боковую дорогу. Шедший навстречу им автопоезд завилял сильнее и на большой скорости опрокинулся на правый бок, скользя дальше по заснеженной дороге прямо на них. Виктор рванул автомобиль на боковую дорогу, и через пару секунд фургон прополз ещё метров тридцать после поворота, куда они увернулись, перекрыв собой всю проезжую часть в обоих направлениях.