Произнеся это, Света быстро удалилась из кабинета. Для Виктора это было чем-то вроде восприятия ударной волны. Он мог ожидать чего угодно – только не такого. И как теперь ему действовать? Нет, обижать её он ни в коем случае не будет, но как с ней поступить, если она замужем, про её мужа он знает только то, что он работает где-то в другом месте, и практически его не видел. Какие у них отношения, где они живут – ему тоже мало что известно, как-то по работе таких вопросов не возникало. Он знал её красивой девушкой, привлекательность которой со времени их знакомства, несмотря на её замужество, совершенно не изменилась. В конце дня, когда Света уже ушла, он вышел из кабинета и тихо попросил:
– Катенька, зайди, пожалуйста.
Пропустив её, он закрыл дверь, повернул ключ в замке и прикоснулся к её плечам. Она обхватила его руками и потянулась своими губами к его губам. Он подвёл её к дивану и посадил рядом с собой. Она расстегнула блузку и положила его руку на свою грудь. В своих руках он ощущал упругость женского тела и чувствовал её стремление к утолению накопившегося физиологического голода. Сам он ощущал наличие такого же голода, но дискомфорт рабочего места заставил его предложить пройти к нему в его комнату общежития. Они закрыли служебные помещения, и через пожарный отсек он привёл её к себе. Зайдя в комнату и закрыв замок, он её спросил: «Ты готова?» – и, получив положительный ответ, отключил в себе всякое торможение. Там, отгородившись от мира, он промассировал ей все чувствительные зоны, включая значимые точки, она задрожала и стала его торопить войти в неё. Он выполнил просьбу, и они полностью, без торможения, утолили взаимный голод. На её лице появилась улыбка, отражающая наконец наступившую выработку гормона радости. Ему было приятно держать её в своих руках и прижимать к себе всем телом, особенно чувствовать упругость её грудок. Однако с течением даже короткого счастливого промежутка времени возникает напоминание о том, что за пределами этой комнаты продолжает функционировать реальный мир, от которого никуда не уйти. По её поведению это не чувствовалось, но всё же он спросил:
– Помнишь, как мы когда-то пригоняли грузовой автомобиль из-под Москвы?
– Конечно, мне было приятно с вами ехать.
– Помнишь, как мы подъехали к дому твоих родственников? Так я очень жалею, что тогда выпустил тебя из кабины, после того как ты меня поцеловала.
– Да, я тогда немного перепугалась. Тоже жалею, что убежала.
– Тогда всё могло бы быть иначе. А сейчас вот так. Что будем делать?
– Не знаю. Муж меня заставляет съездить к врачу, провериться, почему нет детей.
– Где он сейчас?
– На стройке в городе, на выходные сюда приезжает.
– Ты с кем-нибудь из медиков говорила?
– Только с Верой Дмитриевной – она сказала, что у меня всё в порядке, что для выяснения причины бесплодия провериться надо ему.
– Я даже не знаю, где вы живёте.
– У моей мамы.
– Как он к тебе относится – любит тебя?
– Вроде бы хорошо: деньги маме даёт, меня не обижает, но выпивает и мне спать с ним, пьяным, противно. И ещё меня беспокоит, что от пьяного мужа можно родить уродливого ребёнка.
– Ты его в контактах с собой как-то ограничиваешь?
– Нет, но он всё грубо делает, иногда даже больно бывает.
– Он тебя ревнует?
– Поначалу было, но сейчас не особенно.
– Хочешь с ним развестись?
– Не знаю, сейчас я хочу быть с вами.
– Давай так, на «вы», ты будешь меня называть только на работе.
– Хорошо, я хочу чувствовать тебя рядом, только сейчас мне нужно идти домой.
Он выпустил её через пожарный отсек и вернулся в комнату. Намечаемый служебный роман его не столько радовал, сколько удручал. Катя была весьма привлекательна как внешне, так и в плане интимного контакта, кроме того, мысль, что рано или поздно надо заводить семью, периодически возникала в его сознании. Однако, если следовать логике включения дальнего света, желаемая гармоничность отношений с ней просматривалась весьма туманно. Кроме этого, её замужество также содержало много неясного, в частности не просматривался конкретный вектор её желания. В конце концов, он допускал, что рано или поздно возникшая ситуация прояснится и ничего страшного не случится, если какое-то время он проплывёт по течению.
На следующий день Катя приобрела намного более жизнерадостный вид и с улыбкой на лице выполняла все детали своей работы. В кабинет к Виктору она заходила с внешним обликом женщины, располагающей какими-то правами. Со Светой они что-то между собой обсуждали, но вряд ли там что-либо озвучивалось из причин улучшения её состояния. Вечером она замкнула изнутри дверь приёмной и зашла в его кабинет, подошла ближе, обняла его. Он посадил её на колени и предложил пройти в его комнату. Там повторилось то, что было вчера, после чего она сказала:
– Я не знаю, что со мной происходит, но я хочу тебя, ещё и ещё.
– Неужели я могу тебя насытить?
– Да, только ты, больше никто.
– Завтра пятница, вечером твой муж должен приехать. Он тебя не насытит?