[…] Одновременно с началом работы для лазарета было приступлено и к оборудованию поезда. По воле Ее Величества поезд должен был быть и передовым, и тыловым, т. е. исполнять сразу обе роли. Согласно выработанной Военным Советом совместно с представителем Красного Креста инструкции, поезда делились на три категории: одни брали раненых с ближайших перевязочных пунктов и перевозили их на известное расстояние; там раненые перегружались в другие поезда, которые в свою очередь передавали их на третьи.
По поводу этой инструкции Ее Величество выразилась так: «Эти заседавшие старики знают, что они не попадут в число раненых, поэтому и не подумали, каково раненому, когда его тащат сначала на носилках, затем везут на автомобиле или повозке, потом на поезде, одном, другом… Я нахожу это бесчеловечным, и наши герои, которым будет судьба попасть в мои поезда, должны всего этого избежать. Вы будете подъезжать насколько возможно ближе, как позволят условия, и старайтесь, чтобы раненые возможно меньше переносились. Я сговариваюсь теперь с Императорским Автомобильным Обществом (кажется, так его название) и Свечин (флигель-адъютант, полковник, вице-председатель Общества) должен к следующей Вашей поездке снабдить Вас автомобилями». В последнее время при поезде Наследника Цесаревича имелось 14 автомобилей (приспособленные для перевозки раненых грузовики), из них два с выработанными шофером Его Величества изменениями, дававшими возможность грузовику двигаться и без дороги, по глубокому снегу, и 1 для начальника колонны, или, как его называли, «пассажирский». По сформировании поезда я получил от графа Ростовцева все нужные указания, инструкции и удостоверение, свидетельствовавшее мои права как уполномоченного Ее Величества. Поезд состоял из: 2 вагонов, цейхгауза (вещевой и аптечно-перевязочной), 1 вагона для классных чинов (в нем же столовая и канцелярия), 1 вагона-кухни, 1 вагона-аптеки (в нем, кроме аптеки, помещалась ванна и было купе для 2 сестер милосердия) и 2 вагона для тяжело раненых с кроватями-носилками на 24 человека каждый. Для меня прицепили довольно большой вагон, в котором были сделаны некоторые переделки и приспособления, вроде платяных шкапов, письменного стола, кресла, стульев и проч. В этом же вагоне со мною были помещены священник и сестры милосердия (4 волонтерки и 2 штатные).
Священник при поезде не предусматривался по инструкции, но Ее Величество требовала, чтобы непременно при Ее поездах было по священнику, так как находила, что всегда явится много желающих исповедаться и причаститься Св. Таин и не могла допустить, чтобы умирающий от ран не был напутствуем батюшкой. И как права была Ее Величество! При каждой поездке вверенного мне поезда всегда бывало 20–30 причастников. А сколько раз поездному священнику приходилось напутствовать умирающих.
Остальные вагоны в поезде должны были, согласно инструкции, каждый раз меняться. Но после первой же поездки стало ясно, что исполнение этого требования невозможно, и наш поезд оставил в своем составе лучшие вагоны и оборудование.
Один вагон со всеми необходимыми удобствами (аптека, кресла, столы, умывальники и проч.) был подарен Первым Железнодорожным Полком и предназначался для офицеров. Все остальные вагоны: один — для легко раненых (т. е. не требовавших носилок) офицеров и классных чинов и пять вагонов для легкораненых (хотя очень и очень часто приходилось класть в них и тяжело раненых) были перекрашены, обновлены и частью переделаны по распоряжению министра путей сообщения Трепова из пассажирских вагонов III класса. Все вагоны соединялись гармоникой и были «пульмановскими», т. е. на 4 осях. Поезд был снаружи выкрашен в белый цвет, и на каждом вагоне, с каждой стороны имелось по два вензеля Наследника Цесаревича. О всех недочетах и желательных переменах на будущее время, я, по желанию Ее Величества, делал соответственные записи для личного доклада Ее Величеству.
5-го Августа 1914 года, после молебна на Николаевском вокзале, поезд Наследника Цесаревича Алексея Николаевича отправился на фронт. За два дня да моего отъезда я имел счастье иметь доклад у Ее Величества, и Государыня Императрица соизволила благословить меня золотым шейным образком с Ликом Спасителя из эмали, на обратной стороне имелась надпись: «Спаси и сохрани». Так как Ее Величество отбывала в Москву и поезд должен был отправиться в отсутствие Государыни, Ее Величество соизволила передать мне такие же образки для священника, врачей и сестер милосердия. Для команды были присланы образки серебряные. И тут Ее Величество подумала о нас, меньшой братии.
В день отправления поезда из Варшавы в Сольдау, я получил телеграмму от Ее Величества: «У меня все готово. Приезжайте».
